что я направилась туда, и воспользовались моментом, чтобы заморочить голову моим слугам? Последние, к слову, внимательно следили за нашим диалогом, переводя растерянные взгляды с меня на Розали и обратно. Керсингтон выглядел наиболее несчастным: он уже понял, что чуть было не свалял дурака, и от ошибки его удержало исключительно самоуправство Альдрига. Каковой был единственным, кто наблюдал за разворачивающимся в гостиной действом с относительным равнодушием, дескать, скажешь отпустить девицу, отпущу, а скажешь прирезать в подвале, так и прирежу. - Альдриг, передай, пожалуйста, записку, - попросила я, подходя ближе. Он молча вынул конверт из-за пазухи и протянул мне. Я пробежала глазами по строкам, не забывая поглядывать и на Розали, которую буквально передёрнуло от злости. Ещё бы, малоприятно, когда тебя ловят на горячем. Дочитав записку, я восхищённо цокнула языком. - Ах вот как! И почерк отлично подделан, и печать… - Я поднесла конверт поближе к глазам. – Нет, вот здесь лишняя полосочка. Но в целом хорошая работа, очень хорошая. У вас отличный мастер, не подскажете его адрес? Я бы попробовала переманить. - Вам мастера нашего уровня и не снились. - Ну конечно, куда уж нам, бедным дипломатам. Так, стало быть, - я помахала запиской, удерживая её между двумя пальцами, - ни больше, ни меньше, письмо в моём кабинете. И я лично попросила вас его забрать. Прекрасно придумано. И дерзко, очень дерзко. Но могло сработать, именно поэтому. Я так понимаю, вам не даёт покоя послание арелийского герцога. - Мы знаем, что оно адресовано племяннику королевы, а в данный момент хранится у вас. Это уже не ваша епархия. Это угроза внутренней безопасности Дилии. Вы обязаны отдать мне письмо. - Если бы это было так, ваш министр просто потребовал бы, чтобы послание передали ему. Но он этого не сделал, а прислал вас совершить кражу. – Я намеренно выбрала слово пожёстче. – Потому что это вопрос не внутренней безопасности, а дипломатии. И письма вам не видать, как своих ушей. - Значит, вы будете разбираться с графом сами, и я вам не завидую. И за то, как со мной обошлись в этом доме, вам тоже придётся ответить. Она напоказ попыталась вырваться из пут. Ей это предсказуемо не удалось, зато она умело изобразила страдания, якобы причиняемые верёвками. - Скажите своему щенку, чтобы немедленно меня отпустил! Я провела в таком положении несколько часов, это невыносимо! - Сорок пять минут, - бесстрастно уточнил Альдриг, бросив взгляд на часы, стоявшие на каминной полке. - И зря вы столь грубо