в Сильверию наших магических аппаратов. Осветительные приборы, холодильные камеры, защитные амулеты, зеркала связи, медицинские зелья, самонакладывающиеся повязки и прочая» . На листок упала тень, и я обернулась, чтобы предсказуемо увидеть раба, глядящего мне через плечо. Провела ладонью над листком, и текст моментально сделался невидимым. - Ты что, обучен грамоте? – не без удивления спросила я. В самом деле, не для того же его здесь держат. Вряд ли герцогиня и её гостьи приглашают его почитать им на ночь. - Что вы, куда уж нам? – откликнулся он таким тоном, что я сразу поняла: обучен и, возможно, даже нескольким языкам. - Вон там, - я указала себе за спину, - книжные полки. Бери любой фолиант и читай. Могу сотворить ещё один светильник. А это, - я постучала по стопке бумаг на столе, - не для посторонних глаз. Он отступил на несколько шагов и остался стоять недалеко от кровати. На полки даже не посмотрел. Эмоциональный фон неясный, голову держит всё так же, высоко поднятой. Действительно красив, ничего не скажешь. В этом высшему свету герцогства не откажешь: они умеют выбирать всё лучшее и удовлетворять любые свои страсти. Я отвернулась: продолжать пялиться на раба было неловко, хотя, уверена, это самое невинное действие из тех, к которым он давно привык. Я налила себе сока, аккуратно, стараясь не накапать на бумагу, выпила и промокнула губы салфеткой. Отбросив её на край стола, взглянула на часы. Пять минут одиннадцатого. Иными словами, полчаса уже прошло. Вполне достаточно… Немного подумав, я развязала пояс и скинула халат. Слегка взлохматила волосы и позвонила в колокольчик. И, не дожидаясь ответа, распахнула дверь. Горничная как раз подбегала по коридору, но её опередила кастелянша, строгая дама лет пятидесяти в длинном закрытом платье. По лицу сразу видно: эта из тех, кто любит всё контролировать. - Я сама позабочусь о госпоже гостье, - произнесла она, и горничная, послушно присев в реверансе, поспешила прочь. – Чем могу быть вам полезна, госпожа? Тон её мгновенно изменился, теперь голос прямо-таки сочился мёдом. - Видите ли… - Я стрельнула глазами в сторону комнаты, наполовину прикрыла дверь и, понизив голос, произнесла: - Мне очень понравился ваш мальчонка. Такой, знаете…как я люблю. Могу я оставить его на всю ночь? Скажем, до полудня? Ответ последовал незамедлительно: видимо, кастелянша имела на сей счёт совершенно чёткие указания и потому не размышляла ни секунды. - Ну конечно, госпожа! Всё, чего пожелаете! Быть может, прислать вам кого-нибудь ещё?