— Я удовлетворен ответом, — сдержанно киваю. — Теперь твой черед.

— Сложно было убить оригинального Алексея? — она поворачивается ко мне и смотрит в глаза.

Вот уж не ожидал, что вопрос будет настолько… настолько бесполезным. Но тем лучше для меня: не придется выдавать о себе больше, чем хочется. Впрочем, она и так знает про меня многое. На тот случай, если между нами начнется противостояние — надо наверстывать, обязательно позже велю Аманде, чтобы она собрала некоторую информацию.

— Первое убийство — это всегда сложно, — отвечаю холодно, — но Алексея я не убивал. Без подробностей.

— Мне в этом плане тоже повезло, — отвечает Анна Александровна. — Люди проекта сделали первый шаг за меня, а потом… — она вдруг резко теряет улыбку и осекается, будто чуть не сказала лишнего. — Они вообще подарили нам жизнь…

— За это определенно стоит выпить, — предлагаю я, поглядывая на бокалы: вишенки к этому моменту уже «поймали баланс», сохраняя нейтральную плавучесть.

— На брудершафт? — Лазарева, озорно сверкнув глазами, приподнимает точеные брови.

— С удовольствием, сложно отказать такой прекрасной даме, — уверенно отвечаю на ее вызов, маскируя свое пристальное внимание медовым комплиментом. Отравить она мой бокал не могла, а возможное нападение точно успею пресечь.

— Вы мне льстите, Алексей, — Анна впервые улыбается без издевки и совершенно искренне: все-таки девушки — такие девушки, комплиментам всегда рады.

Мы, как для двух представителей благородных родов противоположного пола, стоим даже слишком близко друг к другу. С одной стороны, меня манит девушка невероятной красоты, с другой — она идеальное оружие, как, впрочем, и я, а потому риск не настолько велик.

Анна смеется и в этом смехе определенно что-то есть.

— За нас, — тихо-тихо произносит она.

Мы переплетаем руки, вишенки сверкают в бокалах, словно блестки.

— За проект, — тихо поддерживаю и чуть не добавляю «за его внезапную смерть».

Поднимаю бокал, и пьянящая жидкость раскрывается невероятным вкусом на языке. Немного кисло, чуть сладко, но в целом настолько изысканно, что сразу понимаешь — бутылки с этим нектаром долго ждали своего часа в погребах под замком. И главное — никакого на самом деле алкоголя, что немного удивляет.

Последний глоток, и во рту остается лишь вишенка, без косточки, но приготовлена она нестандартно. Раскусываю ее и понимаю, что напиток — это лишь подготовка к действительно насыщенному, ну просто божественному вкусу.

На лице Анны в этот момент тоже вспыхивает удивление. Глаза открываются шире, взмахнув объемными ресницами, а зрачки на доли секунды расширяются.