Поездка заканчивается так быстро, будто я только сел в машину и сразу оказался в нужной точке. Киваю Никите и велю:

— Подожди меня возле центральных ворот. Задерживаться не планирую.

— Разумеется, господин, — отвечает он.

Выхожу из машины. Вытягиваю зонт из дверки и стукаю острым носом о подошву ботинка, а затем вскидываю, и белый бутон над головой расцветает. Да, настроение у меня действительно приподнятое, ведь, по сути, я совершенно случайно выбил из игры Гальдиных. Разве может это не радовать?

Кстати, почему-то «Соболя» я в гараже не заметил. Неужели Дем и Никита решили с ним что-то сотворить. Надо потом будет узнать, а пока — разговор с отцом.

Я прохожу через центральные ворота, прогуливаюсь по каменной тропинке и вхожу в поместье, стряхнув зонт. Его сразу подхватывает одна из слуг, приветливо провожая меня к кабинету отца.

— Ну, проходи, Алексей, — с широкой улыбкой говорит Федор Максимович, довольно приглаживая черную бороду с серебряными седыми прожилками. — Рассказывай, как именно ты это сделал?

Ну да, как будто он может не быть в курсе подобных перемен. Так что совсем не удивляюсь вопросу главы рода.

— Если кратко, я выиграл пари, и «Соболь» Ивана стал моим. Он очень захотел его назад, вот я и поставил условие, что взамен мне нужные материалы. Кто же знал, что Иван внаглую и очень глупо купит их на «черном» рынке и тем привлечет к роду внимание Имперской Канцелярии, — рассказал я всё как есть, без капли лукавства.

— А дальше?

— Что дальше? — позволяю себе легкое удивление. — Дальше работает Имперский суд, ты же знаешь, отец.

— Так значит? — он недовольно разводит руками. — Ну ладно… Можешь быть свободен, я подумаю, чем тебя наградить.

— Спасибо, отец, — спокойно говорю, на том мы и прощаемся.

Как же хорошо, что он решает не устраивать мне допрос, но все же глава рода чем-то недоволен, впрочем… плевать.

Я поднимаюсь с кресла, выхожу через красивую резную дверь с возрастными кольцами дерева и отправляюсь обратно в усадьбу, все-таки еще есть время немного помедитировать, ведь я все еще не пробился через барьер пятого Круга.

⁂

Дверь за Алексеем закрывается, Федор Максимович усаживается на диван и через устройство связи просит подать в кабинет кальян. Нервы у него что-то шалят, хотя он прекрасно понимает, что вреда от этой восточной игрушки в разы больше, чем от одной сигареты. Вот как подсадил на нее его старый товарищ, так теперь и пристрастился к этому.

Тем не менее, благодаря кальяну, Федору Максимовичу всегда думается легче. Вот и сейчас ему предстояло обдумать непростую задачу.