Шипровый запашок одеколона распространился по квартире. Он смешался с ещё витавшими тут запахами борща и жареного картофеля, оттенил аромат ландышей, которым попахивала висевшая на дверце шкафа Надина одежда.
Майор Иванов кашлянул — прочистил горло.
Провёл взглядом по нашим лицам, сложил руки поверх портфеля и произнёс:
— Прежде всего, товарищи, довожу до вашего сведения: проект «Пророк» официально закрыт. Приказом начальника Пятнадцатого Отдела Второго Главного Управления КГБ генерал-лейтенанта Колосова от двадцать пятого сентября этого года. Все материалы этого проекта отправлены в архив. Мы с вами в нём больше не числимся.
Олег Павлович взглянул на наши лица.
Я отметил, что выглядел он совершенно спокойным.
Дед Женя поёрзал в кресле. Надя пристально посмотрела на майора КГБ, нахмурилась.
Иванов выдержал двухсекундную паузу и добавил:
— Товарищи, это не значит, что мы остались без дела. Для нас с вами почти ничего не изменилось. Потому что запущен новый проект. Участниками которого мы с вами официально станем… с завтрашнего дня. Приказ уже составлен и подписан. Завтрашним числом. Проект получил официальное название: «Будущее». Поздравляю вас, товарищи.
Олег Павлович выжидающе посмотрел на наши лица.
Я тихо сказал:
— Ура.
Надя кивнула.
— Проект «Будущее», — задумчиво произнёс дед Женя. — Неплохо звучит. Чувствуется в этом названии… надежда.
Глава 18
Надя замерла около прикрытого покрывалом пианино, скрестила на груди руки. Я застыл рядом с ней, чувствовал на плече тепло Надиного тела. Дед Женя занял кресло, чуть покачивал ногой. Радиола молчала. Дед Женя выключил её за пару минут до прихода майора Иванова. Словно предчувствовал: лиричное пение Майи Кристалинской нарушит серьёзность беседы с нашим куратором из КГБ. Стрелки висевших на стене в «большой» комнате часов показывали, что в ближайшие час и сорок минут мой младший брат будет занят чтением книги и рисованием.
Ромка исключительно редко нарушал своё расписание. Но я всё же прислушивался: не скрипнут ли петли двери в его комнате. Дед Женя их нарочно не смазывал, чтобы на слух отслеживать Ромкины передвижения. Пока я слышал только шум проезжей части за окном, да приглушённые стенами голоса соседей — они были фоном для тихого, но внятного и отчётливого голоса нашего гостя, Олега Павловича Иванова. Иванов посматривал на нас снизу вверх. То и дело поглаживал портфель, который в этот раз прихватил с собой — не оставил его на полке в прихожей.
— … Что касается вчерашнего происшествия, — произнёс майор КГБ. — Александр Васильевич, я полностью согласен с выводами Надежды Сергеевны: вечерний поход в парк был неоправданным риском. Своим необдуманным и безответственным поступком вы подвергли опасности не только свою жизнь, но и поставленные перед нашим новым проектом цели. А они, как я вам уже сказал: не много, не мало — будущее благополучие нашей страны. Я, конечно же, понимаю мотивы вашего поступка. Вот только не одобряю его. Александр Васильевич, вы уже должны были понять: мы работаем в команде. Так давайте же придерживаться командной работы. Не будем ставить под угрозу провала работу всего нашего проекта. Который во многом сейчас зависит от ваших поступков и решений.