— Естественно, — Горделиво вздёрнула она носик.

— И что именно тебя интересует?

— Всё — всё с момента, как ты ушёл вчера и вплоть до разговора с дедушкой, — С горящими глазами сказала она в нетерпении.

«Что ж, видимо, всё же придётся выложить ей, как всё было. В любом случае она и так о многом знает и ещё о большем догадывается. Скрыть что-то от неё будет крайне трудно, и если она заподозрит, что я что-то недоговорил или же солгал, то будет крайне долго доставать меня, пока я всё же не расскажу. Есть, разумеется, вариант применения „я твой муж, я главный, так что молчи“, но лично мне претит подобный подход, да и тиранию, как форму правления, я не считаю удачной. А значит, выбора толком-то и нет.»

— Ну хорошо, тогда слушай… — Начал я ей пересказывать всё произошедшее за этот день.

Она же в ответ тихо и внимательно слушала, не встревая и не перебивая меня.

И только когда мой рассказ подошёл к концу, она учтиво спросила:

— Вопросы можно?

— Да, давай. Но не факт, что я на все отвечу.

Она кивнула, соглашаясь.

— Зачем ты рисковал и пробивался к Тошиэко? В плане, почему не связался с ним?

— Резонный вопрос. Тут я преследовал две причины: во-первых, проверить собственные силы — мне нужно было понять, насколько я силён в реальном бою и насколько сильны средние по силе противники; во-вторых, свяжись я с ним просто так, он мог посчитать мой звонок издевательством и скинуть трубку, а следовательно, я не смог бы достучаться до него и разложить всё по полочкам, запустив его «кровь» в действие, а не сделай я этого — он бы отвоевал всю захваченную инфраструктуру, устранив при этом большую часть моей команды.

— Неужели не было никакого иного варианта заставить его наверняка выслушать тебя?

— Чисто в теории — были, конечно. Но их проблема в том, что я почти никак не мог повлиять на результат, что могло сыграть со мной злую шутку в итоге.

— Понятно… — Она поднесла руку к подбородку и призадумалась. — А Мэмору, значит, несмотря на самоубийство брата на его глазах, сам подошёл к тебе и попросил договориться?

— Да. Это тоже наверняка влияние крови.

— Скорее всего… — согласилась она. — Всё же он следующий глава рода, а значит, и договариваться нужно именно ему, несмотря на его возраст. А если бы он из-за обиды на тебя не стал договариваться с тобой, то его род был бы уничтожен, а кровь, текущая в нём, этого бы попросту не позволила.

«Всё же кровь, текущая в аристократах, — это поражающая вещь», — пронеслось у меня в голове вместе со сценой, как несколько часов назад Тошиэко со страхом в глазах подносил к своему виску пистолет, а после нажал на спусковой крючок, покончив со своей жизнью. — «Кровь полностью подчиняет тело аристократа, при этом его сознание остаётся незамутнённым — это было видно по глазам Тошиэко и его родных, которые явно хотели вмешаться, но вместо этого тихо стояли в углу комнаты и даже не пискнули».