— Невозможно… — Джеронимо смотрел на огненный шарик ошалевшими глазами. — Это фокус какой-то?

— Нет, — покачала головой девушка, погасила огонь и взмахом руки подняла в воздух тяжелое кресло. — Можно и так. Но это, в конце концов, неважно.

— А что тогда важно? — взял себя в руки профессор. — Пластины?

— Да, — кивнула гостья. — Кстати, извините, я не представилась. Тиналина Дарилия Барселат, а-фактор, но зовите лучше Линой. Меня сопровождает архимагистр некромантии и темного целительства Хартин Остиар. Ваше имя мне известно.

— И зачем вам эти пластины?

— Они, все семь, являются ключом доступа, который передаст мне права на космическую станцию, принадлежавшую моему предшественнику.

— А где вы нашли ваши три пластины? — недоверчиво прищурился Джеронимо. — Они у вас точно есть?

Лина, продолжая вежливо улыбаться, выложила на стол еще две пластины, усеянные рунами.

— Нашла я их в трех разных мирах, доступных через межмировые врата, которые на вашей планете тоже имеются, — пояснила она. — В количестве двух штук. И ведут в разные сегменты мироздания. Одни расположены в катакомбах под столицей Ароната. Где вторые не знаю, не искала, они мне не нужны.

— В трех разных мирах? — потряс головой профессор. — Вы издеваетесь?

— Нет, — вздохнула девушка, закатив глаза, ей явно надоело объяснять элементарные для нее вещи. — И могу доказать свои слова.

Стена напротив внезапно превратилась в огромный голографический экран, на котором начали демонстрироваться приключения а-фактора. Джеронимо, к сожалению, не особо понял, что это такое, однако в глубине души уже осознал, что все это — правда. В душе археолога колотился восторг. Контакт с другим разумом! Причем куда более развитым, чем на Рахате. Обитаемая галактика! Одно это словосочетание говорило о многом. А рассказ гостьи это подтверждал. Надо же, всего двадцать государств на целую галактику! И большинство из них — человеческие.

Археолог зачарованными глазами смотрел на руины древних городов, чуть ли не истекая слюной от желания организовать там раскопки. А уж когда он увидел космическую станцию возрастом больше трех миллиардов лет, ему едва не стало плохо. Причем станцию, принадлежащую могущественной сверхсущности, возможно, божеству или даже кому-то повыше. Это сколько же секретов и тайн там скрыто? Тысячи! Базары-перекрестки тоже крайне заинтересовали Джеронимо, он очень хотел на них побывать.

Впрочем, а что его здесь держит? Ничего. Жена умерла, сын погиб на последней войне, внуков не было. Университет? Родная страна? Да кому старый археолог здесь нужен! На него издавна смотрят как на возмутителя спокойствия. Исчезнет — и многие вздохнут от облегчения, избавившись от известного смутьяна. Идеи Джеронимо давно вызывают раздражение у ректората. Только его авторитет в международной научной среде давал некие преимущества — профессора Агелора хотя бы не трогают, не подвергают обструкции. Но господа из Ученого совета постоянно советовали ему умолкнуть и не мешать обделывать грязные делишки. Так что можно уходить без особых сомнений. Если возьмут, конечно.