Жалеть тварей, способных насадить живого разумного на пику и жрать его заживо, Лина не собиралась. Для начала она сняла маски двух языков и усвоила их, после чего приказала «ящерам», усилив голос плетением, немедленно убираться прочь, если хотят остаться в живых. Те не вняли, часть из них, наоборот, побежала к девушкам, потрясая копьями, с которых срывались подобия молний. Девушка скривилась и усыпила всех ящеров, убивать их она все же не стала, вспомнив слова графа, что слишком легко убивает. Пусть поспят особым сном, который заставит их испытать все, что испытывали их жертвы. Может, хоть что-то поймут.

— Идем! — бросила а-фактор Висе и двинулась к устало опустившим оружие оркам, видно было, что они на последнем издыхании.

Зеленокожие громилы растерянно смотрели на приближающихся к ним незваных гостей, которых скрывали зеркальные доспехи, пытаясь понять, кто перед ними и чего хотят.

Гырах с интересом изучал странные фигуры, явно женские. Молодой шаман сразу понял, что кхарги-охотники не сами собой попадали, что урхов, обреченных на гибель, кто-то спас. Похоже, это сделала одна из приближающихся женщин. Если так, то их жизни принадлежат ей — такой долг всегда был свят для их народа.

— Приветствую тебя, великая шаманка! — поклонился Гырах, когда шлем словно стек с головы спасительницы, обнажив лицо совсем еще молодой человеческой девушки, ему доводилось видеть людей в молодости, когда торговцы с другого материка приплывали на большое торжище в Ынай-Шаорге, среди них имелись и женщины.

— Ты тоже шаман, — констатировала она. — Но не слишком опытный.

— Учитель погиб… — понурился урх. — Не успел научить всему… А теперь мы и вовсе последние остались. Кхарги валом с побережья валили, что та саранча, здесь последние выжившие урхи со всего Межгорья…

— Мой учитель тоже орк или, как вы говорите, урх, только красный, — пристально посмотрела на него спасительница.

Затем она пошевелила пальцами, и в воздухе возник призрак пожилого урха, кожа которого действительно имела красноватый оттенок. Это где же такие водятся? Гырах немало изумился — о красных сородичах даже легенд не рассказывали! И никто их никогда не видел. Сам молодой шаман принадлежал к обычным, зеленым урхам. В древности, говорят, жили еще черные, но их тоже уже много поколений не встречали. А сейчас и не встретят — нет больше их народа после нашествия кхаргов. Двенадцать воинов осталось, точнее, пять воинов, пять воительниц, шаман и знахарка. Да и те изранены.

— Значит, вам некуда идти? — уточнила шаманка.

— Некуда… — покачал головой Гырах.