Пронзительный взвизг заставил её вздрогнуть.

– Тише! – завопила она.

Ответом была тишина. Она опасливо открыла глаза. Вокруг было уже не черно, а мутно-серо. Она уже не видела светящихся знаков, и адские звуки были едва слышны.

Элиза осторожно встала, сделала несколько шагов. Туман рассеялся, и появился Натаниэль. Куртка болталась на его худых плечах, под глазами, как и при жизни, залегли чёрные тени. Он печально смотрел на Элизу, не говоря ни слова.

Окружающее понемногу менялось. Появились ветхие шкафы, какие были в лавочке. Элиза прямо-таки чувствовала запах пыли, лежащей на верхних полках.

Лишь воспоминание: теперь-то всё было разрушено. Души в этом месте уже не осталось.

– Что ты скрыл от меня?

Натаниэль оставался безмолвным. Если бы он не моргал, Элиза решила бы, что перед ней восковая фигура.

– Где мои родители? Что с ними?

Он наклонил голову, как будто прислушиваясь. И никакого ответа…

Элиза с криком бросилась на него. Она вцепилась в его свитер, полная решимости хоть что-то из него вытрясти. От неожиданной резкой боли в руке она вскрикнула.

Видение мгновенно исчезло. Дух Элизы уже пробудился, но тело находилось в оцепенении, только рука сильно горела. По комнате растекался сладкий запах благовоний.

Руки и ноги Элизы не были связаны. Постель под ней мягкая и удобная. Она была способна двигаться, но ледяной взгляд Маргарет не располагал к разговорам.

– Я знаю, что ты не спишь.

Элиза разглядывала суровую женщину, пристально смотревшую на неё. Ничего не выражающее лицо, стиснутые губы, несгибаемая спина… всё так и сочилось неприязнью.

Элиза ожидала, что окажется в тюремной камере, но комната казалась вполне приятной, если бы не Маргарет. Красный ковёр на полу так и манил пройтись по нему босиком. Туалетный столик, отделанный мрамором, стоил, наверное, целое состояние. Восходящее солнце через огромное окно заливало комнату розовым светом.

Элиза села на кровати, чтобы не чувствовать себя такой беззащитной. Маргарет начала неприветливо:

– Нам нужно поговорить о недавних событиях.

Элиза промолчала: это был ещё не вопрос.

– Где ваш отец?

– Мой отец? Наверное, с мамой, – ответила она уныло, – если их нет ни дома, ни на работе, понятия не имею, где они!

Внутренности болезненно сжались, когда Элиза подумала, что они её бросили, что Натаниэль специально отправил её сюда: дать им время скрыться. Она совсем растерялась, не знала, что и думать, кому можно доверять.

Маргарет вздохнула, достала из кармана коробочку. Элиза нерешительно взяла её. Внутри было кольцо, семейная реликвия, с магическими подписями её матери и её предков, которых Беатрис очень чтила. Она бы никогда не рассталась с кольцом добровольно. Элизу словно ударили. Она что-то пробормотала и залилась слезами.