О, кстати, как забавно вышло. У меня теперь в услужении денщик Петька и Петра. С её статусом, правда, ещё предстоит определиться.

— А барчонок-то правильный, — донеслись до меня слова мужика от ближайшего стола.

Контингент в этой подвальной пивнухе тоже собрался тот ещё. Половина рож откровенно бандитские, многие со следами недавних драк. Хотя были и простые работяги. Впрочем, сегодня будний день и вечер ещё далеко не поздний, так что нормальные работяги должны быть на работе. Поэтому впечатление моё может быть и ошибочным. Но может у них график два через два…

Я вернулся к столу и едва успел пригубить пиво из кружки, как надо мной навис массивный силуэт.

— Что-то хотел? — не поворачиваясь, спросил я.

— Красивая с тобой девка, барин, — пробасил мужик.

Он чуть сдвинулся вдоль стола, перестав загораживать спиной свет. Я скосил на него взгляд. А он, не стесняясь, откровенно пялился в декольте Петры. Надо признать, и впрямь притягивающее взгляд. И уж чересчур открытое.

— Ага.

— Нам бы её на полчасика, — нахально заявил мужик, переводя взгляд на меня. — Ты не боись, барин, не украдём. Даже далеко уводить не будем. Прям вон на том столе устроимся. Под твоим присмотром.

Очень интересно… Это сюда с такими целями кто-то из дворян заходит? Люди-то всякие бывают, некоторым и подобное нравится. Я таких любителей смотреть на то, как его женщину на столе толпа быдла раскладывает, не понимаю, конечно. И даже осуждаю. Но в принципе, это их проблемы. А вот то, что меня за подобного приняли — обидно.

Ещё оскорбительней, если никто из дворян в жизни в эту вшивую забегаловку не захаживал. И этот пёс смердячий просто считает, будто сопляк-аристократ не посмеет возмущаться и стерпит.

Будь я в камзоле, в форме курсанта магической Академии, чёрта с два бы попытались наехать. Но камзол мой Петра располосовала в лоскутки. А на ней камзол не форменный, хоть и тоже зелёный, но без лампасов и специфичного покроя.

— Укроп тебе на глупую рожу, — равнодушным тоном отозвался я.

— А почему укроп-то? — растерялся мужик. — Это ты из вежества, барин?

— А чем тебе укроп плох, — пожал плечами я. — Ну, не хошь укроп, могу и мечом по роже полоснуть.

Чёрный клинок будто сам прыгнул мне в руку. Кончик лезвия застыл перед самым носом мужика.

— Если услышу ещё хоть одно грубое слово про нас… — неторопливо протянул я. — Хоть один шепоток, который мне покажется подозрительным… Убью здесь всех. Или она убьёт.

Я кивнул Петре, надеясь, что она поймёт мою задумку. И девушка не подвела. Мгновенно выпрямилась, бесшумно отодвинула стул немного, резким, едва уловимым глазом движением наступила сперва на стул, потом на стол, не задев при этом кружки с пивом. Шлёпнула себя ладонями по полуголым бёдрам, призывая алые клинки из татуировок. И быстрыми взмахами мечей обрила застывшего у стола мужика наголо.