Михе скоро исполнялось двадцать лет, но жениться парень не торопился. В отличие от Мала, уже имевшего пару подружек. В отношении Михи, у меня была задумка, когда поделился с ней Нел и Тиландером, оба остались довольны.

В племени Урха, покойный Картер имел несколько жен и наложниц, волей судьбы, все дети Картера были женского пола. Но не с ним, я желал связать себя родством. У Пабло росла красавица-дочь, которой на вид можно было дать и пятнадцать, и семнадцать. По этому поводу. Была предварительная договоренность в последнюю поездку: Пабло с радостью ухватился за мое предложение. Мы договорились, что в следующий приезд сведем молодых, и решим вопрос с женитьбой, не откладывая в долгий ящик.

— Как скажешь, отец, — ровным голосом ответил Миха, узнав о том, что жена ему найдена. Но наметанный глаз Бера определил, что предложение моему сыну понравилось. И было от чего понравиться: Иока была писаной красавицей среди всех женщин в этом мире. Большие карие глаза. Густые ресницы и волнистые волосы до бедер. Кожа была темно-золотистого оттенка, контрастируя с ослепительно белыми зубами и полными губами. Удивительно, что такая красавица оказалась невостребованной среди мужчин, хотя дикарями ценились иные стандарты красоты: широкие мощные бедра, большая грудь и сильные руки. Все, что необходимо для легкого рождения и вскармливания ребенка.

— Макс, я тебя зову, ты не слышишь, — вырвал меня из раздумий о предстоящей женитьбы старшего сына, голос Тиландера.

— Да? — спохватился я, понимая, что слишком сильно отвлекся, не слушая разговор американца.

— Я говорю, — повторил Тиландер, — что если установить максимум парусов и обшить подводную часть корабля тонкими листами железа, мы могли бы получить увеличение скорости. Сила трения воды о железо, была бы меньше, чем о дерево.

— Если покрыть железо краской, отшлифовав его и загрунтовав, — откликнулся я, возвращаясь в беседу. — В противном случае, ржавчина сыграет против нас. У нас нет таких возможностей, да даже если бы и были, это долгий и нудный процесс.

— О ржавчине я не подумал, — сконфуженно признался американец.

— Нам надо закрыть вопрос с обследованием всей береговой линии, — решил я открыться Тиландеру, — у меня на душе неспокойно, словно мое время в этом мире подошло или подходит к концу.

— Тебе только исполнится пятьдесят следующей весной, откуда такие мысли?

— Не знаю, Герман, такое иногда бывает, может это шестое чувство? Я ощутил такое же беспокойство, когда впервые увидел свечение по курсу космической станции. Словно внутренний голос предупреждал, что впереди опасность. Я не сумел тогда убедить своего коллегу, что свечение опасно, и как результат, очутился в этом мире.