— Добрый день, Максим, ты готов? — приветствовала меня Исидора. На ее лице блуждала улыбка, от вчерашнего недовольства не осталось и следа.

— Готов, — поднявшись на трап, я оглянулся: тысячи глаз смотрели на меня, многие Русы воздевали руки и молились Главному Духу-Богу, прося скорее вернуть Макса Са обратно. У меня запершило в горле, надо было сказать речь, но был риск не совладать с эмоциями.

— Ты хочешь сказать своему народу пару слов? — Исидора извлекла из комбинезона микрофон, размером с десятикопеечную монету, — говори, его мощности хватит на километр в радиусе.

Взяв из ее рук миниатюрный микрофон, я произнес короткую фразу:

— Русы, Макс Са вернется! — не говоря больше ни слова, вернул микрофон и проследовал в звездолет, вслед за Джоанной, лучившейсярадостью.

— Макш Га(будь осторожен), — ворвался в мою голову импульс от Санчо, заставив скривиться от боли.

— Надо избавиться от твоей одежды и надеть противоперегрузочный скафандр, — Джона провела меня в командный отсек и протянула серебристый комбинезон.

Это противоперегрузочный скафандр? — я повертел в руках подобие спортивной формы.

— Да, в него встроена силовая защита, как наденешь, я покажу тебе как им пользоваться.

Скинув свои лохмотья, я надел серебристый костюм, который сразу стал удлиняться или укорачиваться в нужных местах, идеально облегая фигуру.

— Вес точно надо сбросить, — пробормотал вслух, возвращаясь к девушкам.

— Садись в капсулу, как только пройдем «Рубинаду» ты снова станешь таким, каким был на орбите, до попадания в этот мир, — подмигнула мне Ната.

Через минуту, я не услышал рева двигателей, но почувствовал, как звездолет стал подниматься, вдавливая меня в капсулу-кресло. Джоанна коснулась моего подбородка, и голова оказалась в шлеме.

— После посадки, коснись подбородка и шлем дезактивируется, — услышал я голос космомедика.

По моим ощущениям, взлетали мы около трех минут, после чего появилось ощущение невесомости.

— Включаю принудительную гравитацию, — услышал в ушах голос Исидоры, и чувство тяжести в организме вернулось. — Через пять минут будем у входа в «Рубинаду».

— Мне понадобится не больше пяти минут, чтобы оставить четкую сигнатуру, для точного возвращения в этот временной промежуток, — включилась в разговор Ната, и буквально секунду спустя, уши ворвался ее гневный вопрос:

— Кто ночью пользовался подпространственной связью? — Ответа я не услышал, потому что меня отключили из эфира. Но судя по выражению лиц Джоанны и Исидоры, чьи капсулы были слева и справа от меня, разговор шел оживленный.

— Вывожу «Рубинаду» на голографический экран, — нарушил плотную тишину голос Исидоры. Прямо над нашими капсулами появилось изображение темного туннеля с уходящими внутрь бликами света. Это было чертовски красивое зрелище, напоминавшее Полярное сияние.