Трёхчасовой перелёт — с одинаковым результатом местом назначения мог быть Пекин или Монголия. Повязка на глазах на выходе из самолета, двухчасовая поездка на авто. Когда начало трясти, Яо сделал лишь один вывод — начался просёлок. Значит, они ехали в глубинку.

Он сдерживал себя и не задавал вопросов. Не пытался сдвинуть повязку и выяснить, где он находится. Когда на выходе из машины его поприветствовал незнакомый старческий голос, он понял, что сопровождающий передал его другому человеку.

Он и правда оказался стариком — это выяснилось, когда повязку все же разрешили снять. Не глубоким, а ушедшим на пенсию три–четыре года назад. Удивительно гладкое лицо — морщины имелись, но, при взгляде на непроницаемо чёрные глаза, становилось понятно, что у их обладателя морщин должно быть гораздо больше. Длинные седые волосы, тонкие, словно пух младенца, были собраны на макушке золотым зажимом и удерживались нефритовой палочкой. Очень патриархальная прическа, даже чиновники при императорском дворе, а уж там-то знали толк в бессмысленном следовании древним традициям, уже давно так волосы не носили.

А вот одет был старик, назвавшийся Пу Ренем* — тонкая шутка — практично. Коричневые штаны с накладными карманами, тяжёлые армейские ботинки до середины голени, китель без знаков различия. Поприветствовав гвардейца, он отвёл его в сторону от машины и потребовал — именно потребовал — верить ему, как отцу. После чего отвёл через рощицу к другой машине — фургону с логотипом незнакомого интернет-провайдера. Номера машины были заляпаны грязью, чтобы Яо не мог определить район империи, в котором оказался.

Раздражал этот театр теней неимоверно. Вторые сутки Триада играет им, стоящим подле Сына Неба, а он, словно марионетка, послушно исполняет приказы! Но терпение уже начинало понемногу сдавать.

Изнутри фургон представлял собой настоящий мобильный командный центр. Стены в экранах, пока тёмных, аппаратура прослушивания, столик с непременным атрибутом любого пункта наблюдения — электрочайником, и ни одного оператора, кроме Пу Реня. Ничего примечательного внутри не было. Кроме самого факта наличия у преступного братства мобильного командного пункта.

— Садитесь, маоши, — радушно указал старик на откидной стул. — Смотрите и слушайте.

Яо уселся так, чтобы видеть и экраны, и собеседника, и, боковым зрением, вход в фургон. Доверие доверием, но о мерах безопасности забывать глупо.

— Зачем я здесь? — спросил он.

— Условия моего контракта не предполагают возможности ответить вам, ван Ло. Заказчик особо оговорил этот момент. Прошу набраться терпения — вскоре всё станет ясно.