— Паханом?

Толя выпучил глаза, а я рассказал о нашей встрече с Сафроновым. Так, картинка немного сложилась, и не зря Турок рассказывал мне о всяких скинхедах и нациках во время нашей встречи. Значит, Сафронов на это людей и заманивает. Надо обстоятельно поговорить с Орловым, а то и правда Сафронов начнёт окучивать тех ребят, мол, на борьбу с кавказцами (ему-то без разницы, про кого свистеть), а на деле — для своих тёмных делишек.

— Ну и дела, — Толя допил чай. — Будем его брать? Явно причастен. Может, и душил он. Хотя, говоришь, Крюгер признался? — он почесал голову. — Фиг разберёшь.

— Погнали всё равно. Поговорим, понятнее станет.

Взять нациста не получилось, у сестры этот Мишаня больше не появлялся, а дома, где он жил, его не было. Ломать замок мы не стали, всё-таки пришли без санкции, и Кобылкин точно бы не стал нам её выбивать у прокурора, ведь он-то уже обвинительное строчит на Кащеева.

Уже под утро мы вчетвёром — я, Толя и две собаки — вернулись ко мне, попили чай, слупили пару банок шпрот, и пришло время идти на работу. Толик пообещал, что его Герда грызть мебель не станет, поэтому мы оставили обеих собак у меня дома.

По дороге я купил для своих блок сигарет, оставлю в кабинете, а то все мужики опять без денег, стреляют друг у друга мелочь на курево. Пусть для отделения лежит, как спонсорская помощь от кандидата Сафронова — на его же деньги взял.

Сегодня праздничный день, на работе людей меньше, чем обычно, но всё же ГОВД функционировал почти в полном объёме. В дежурке сидел зевающий Сурков, который что-то листал в журналах, ППСники кого-то заталкивали в обезьянник. Ещё и каморка криминалиста оказалась открыта, я пошёл поздороваться.

— О, с праздником! — бросил Кирилл через плечо, листая бумаги.

— Выдернули на работу? — сочувственно спросил я.

— Ага, ненадолго, с области вчера вечером привезли результаты по экспертизам, разбираю, — он отложил в сторону пачку листов. — Да и вот, надо новые вещдоки отработать.

На столе перед ним лежала гора снимков, мелкие записки и несколько ножиков — советские складные «Белка» и «Минск» с точками ржавчины на клинках, один настоящий швейцарский нож — почти новый, со штопором — и китайские ножики с крокодилом и драконом на пластиковых рукоятках под дерево. Ещё была модная бабочка, которая нихрена не режет, но о которой мечтали многие пацаны, и потасканный ножик-выкидуха с зелёной рукояткой и надписью «NATO MILITARY».

Я не удержался и взял последний, нажал на кнопку, но лезвие со скрипом вышло лишь наполовину, приходилось вытаскивать пальцами. Назад по кнопке клинок выкидухи не уходил, механизм явно сломан. Впрочем, это всё равно понтовый нож, в фильмах такие были, и молодёжь насмотрелась, хотела себе такие же.