— Ну да, парадокс, — тихонько повторил Олег, вздохнув и подумав о том, что если вчерашнее всплывет, то недолго ему придется на Сухаревке обитать.

— Что-то потянуло меня на философию, — потерла лицо ладошками девушка. — Пошли уже внутрь, я замерзла. Сдается мне, скоро снег ляжет. И не пробник, как вчера, а такой, основательный. И очень хорошо. Надоела эта слякоть.

Дежурка встретила молодых людей телефонным трезвоном. Сняв трубку, юноша услышал недовольный голос Францева, причем ему показалось, что начальник немного удивился, услышав именно его голос.

— Алло! Ровнин, это ты?

— Я.

— Сразу вопрос: ты какого лешего в отделе сидишь? Ты где должен быть?

— А где я должен быть? — уточнил Ровнин, судорожно вспоминая давешний вечер.

— Не знаешь? Покопайся в памяти, вчера разговор у нас с тобой на эту тему велся. А пока ты это делаешь, позови Морозова к телефону.

Олег положил трубку на стол и направился на второй этаж, попутно осознавая, что не было вчера ему отдано никаких поручений, кроме одного. Причем и оно не подразумевало поездок куда-либо, скорее наоборот, их отменяло.

Потому, вернувшись обратно с Морозовым, он последнему сразу трубку не дал, а перед тем сам ее взял.

— Аркадий Николаевич, покопался в памяти. Не было ничего такого. Вы меня про Машку спрашивали, сможет она по-быстрому информацию пробить или нет. И все.

— Ну или так, — согласился с ним начальник. — Аркадий Николаевич уже старенький, он что-то и перепутать может. Давай бери бумажку и записывай данные парочки фигурантов. Завтра утром мне доложишь, кто эти люди, где родились, где крестились, братья-сестры, тети-дяди, где проживали, судимости… Короче — все, что только можно. Если что-то прямо очень важное выяснишь — звони мне на домашний номер. Ну, где там Морозов?

Само собой, Олегу куда проще было бы Машке попросту позвонить и попросить ее в срочном порядке нарыть информацию о тех, кого назвал Командор, а после присоседиться к Морозову, который спешно засобирался на выезд. Явно где-то что-то очень интересное случилось, поскольку обычно сдержанный Саша, во-первых, очень уж заковыристо материться принялся, во-вторых, среди отборной брани прозвучало слово «василиск», до того знакомое Олегу только по книгам в жанре фэнтези.

Но вместо этого он лично направился в центр, туда, где теперь работала его любовница. Да, василиск — это очень интересно, но Маша — она такая Маша. У нее своя таблица приоритетов, и пожелания Францева в ней стоят далеко не на самой высокой строке. А вот если он, Ровнин, станет отираться где-то рядом, то шансы получить данные сегодня значительно возрастут. Ну и потом — в дороге черные мысли не так одолевают. И когда Машка рядом — тоже. Ну, по большей части.