— А чего? — глянул Олег на Морозова. — В принципе звучит вполне правдоподобно.

— Вполне, — подтвердил тот, — но это все домыслы, а не факты.

— Да ты на них посмотри, — посоветовал ему дедок и ткнул пальцем в сторону парочки коммерсантов, которые никак не могли запихнуть клетку в багажник машины. — Какие из них контрабандисты? Один дурак, другой еще дурнее. Потому, наверное, еще и живы до сих пор, Максим так точно. Пожалел, видно, его василиск, решил, что и без того убогого жизнь наказала. Кстати, не знаете, куда он эту пакость определил?

— Завод тут какой-то неподалеку заброшенный, — отозвался Саша, — с подвальными мастерскими. Сказал, что в них сбросил, вместе с клеткой.

— Погано, — вздохнул Анатольич. — Сильно погано. Из клетки эта пакость наверняка уже выбралась, а в подвалах все как она любит — темно, сыро и тихо. Опять же, и еда какая-никакая будет — змеи, что в спячку впали. Наверняка они там в закоулках в кубла свои сворачиваются и так зимуют. Я там пару лет назад побывал, в конторе пошарил на предмет чего полезного, так обратил внимание, что гадюки это место облюбовали. Вот и выходит, что он за зиму окрепнет, следующей весной из подвала выберется и начнет по окрестностям шарить. Змеи что? Так, закуска. Василиску сладкое людское мясо подавай, он до него охотник. А от завода до конюшен моих всего пять километров лесом. Дорогой — да, дольше, а напрямки рукой подать. Ох, беда!

— Да не причитай, дед, — посоветовал ему Морозов. — Мы здесь, где василиск известно, так к чему этот театр одного актера? Все ты уже понял.

— Вы его вдвоем собираетесь ловить? — Бывший колдун снял шапку и пригладил редкие седые волосы. — Совсем с ума сошли? Он вас там обоих в подвалах и приберет, а после сожрет. Даже змеи не нужны. Тем более что зима на носу, тепла уже не видать, вот и выходит, что трупы ваши как в холодильнике будут. Что ты на меня смотришь? Обидного я ничего не говорю, все как есть.

— Ну, еще вопрос кто кого, — произнес Олег, которому не понравилось, что этот старикан их заранее отпевать начал.

— Он вас, — без тени сомнения заявил Анатольич. — У тебя, уж прости за прямоту, молоко на губах не обсохло, а этот, хоть мужик и хваткий, но все одно не потянет. Тут не только храбрость нужна, а опыт и знания. Хотите обижайтесь, хотите нет, но тому же Пиотровскому вы оба в подметки не годитесь, а его, как сами сказали, как раз василиск погубил. Понятно, что тот, поди, матерее нашего был, но тем не менее.

— С чего вдруг такая забота? — прищурил левый глаз Морозов. — Или ты прямо вот настолько жизненные ориентиры пересмотрел, что гончим с Сухаревки решил помогать?