Дело в том, что сняли-таки с поста генерала, а следом за ним отправили в отставку и подполковника Маркина, буквально на следующий день посадив на его место того самого Пузыря, коего так не любили коллеги на бывшем месте службы Олега. Емельяныч вроде как не сильно опечалился, в последний день устроил такую «отходную», что в ее процессе чуть здание ОВД не спалили, после забил багажник своей «Нивы» водкой и отбыл на многодневную рыбалку, сказав, что далее закон и порядок в конкретном данном районе Саратова может охранять кто угодно.

А самое печальное, что все это рикошетом ударило по Олегу. Васек, который нового начальника ОВД терпеть не мог еще тогда, когда тот серой мышкой шмыгал по коридорам здания и никому вроде бы ничего плохого не делал, тоже собрался на выход, благо кому-кому, а ему предложения по самому разнообразному трудоустройству поступали с завидной периодичностью, только выбирай. В результате он остановился на одном из них, потому в ближайшее время собирался снять погоны и занять очень неплохую и, что немаловажно, весьма денежную должность в крупнейшем по области частном охранном агентстве.

Казалось бы — хорошо, только порадоваться за почти уже бывшего коллегу можно, но вот только в свете этого в зону удара попадали родители Олега. Просто люди Алирзаева, несмотря на запрет, уже пытались добраться до них, чтобы поговорить по душам и узнать, куда именно улизнул их сынок, но Васек откуда-то про это проведал чуть раньше, чем азербайджанцы осуществили задуманное. Парамоновские прихватили гордых сынов Кавказа прямо в подъезде дома и как следует прямо там отволохали, объяснив, что так поступать не стоит. Вражда враждой, но вмешивать в разборки ни в чем не повинных людей не стоит, это уже беспредел, который никому не нужен. У себя дома — пожалуйста, хоть районами людей вырезайте, не жалко, а тут, в Саратове, подобное не принято. Приехали работать — работайте, но свое место и меру знайте.

Но вот теперь — все. С уходом Васька из органов резко упадет его полезность для криминальных кругов города, а значит, и за стариков Ровнина никто уже вписываться не станет. А зачем? Да и сам Воронин, конечно, держать на контроле этот вопрос не подумает. Не потому, что «с глаз долой — из сердца вон», просто так устроена жизнь, ничего не поделаешь. Новое место, новые люди, новые заботы — это все очень быстро смоет из памяти воспоминания о том, что было раньше. Нет, какое-то время, конечно, у Олега есть, Алирзаев не сразу тему просечет, но рано или поздно все равно смекнет, что надежной защиты у немолодых людей, проживающих на Большой Казачьей улице, больше нет и можно пойти их как следует потрясти.