Идущие с нашей стороны фрицы с началом обстрела своих камрадов сразу попадали в траву, и прикинувшись ветошью, затихарились там. Стрелять в ту сторону им было неудобно, сектор обстрела перекрывали заросли камыша и осоки, и чтобы стрелять точно в цель, нужно было встать во весь рост, потому что в том месте как раз был самый низ котловины, образованной опушкой и дорогой. У нас же они были как на ладони, но пока лежат, пусть и дальше отдыхают, главное для нас сейчас — задержать гансов подольше и предупредить их необдуманные поступки по проникновению в запретную зону. Нужно чтобы наши разведчики успели подальше отойти, ну, и чтобы переправили на тот берег как можно больше «награбленного». Можно, конечно, кое-что и оставить или бросить, но ведь «жаба» потом задавит. А с другой стороны, наша задача в том и состоит, чтобы уничтожать как можно больше солдат противника, что у нас пока получается неплохо. И чем больше фрицев здесь поляжет, тем меньше наших они потом смогут убить.

Оставшиеся в живых доходяги из уконтрапупленного разведчиками взвода, под прикрытием миномётного огня убежали в деревню. Осталось их не больше десятка, так что в атаку они уже не пойдут. Ну, а если они из той же роты, что и уничтоженный нами ночью взвод, то и роте капут, или раскидают для пополнения других подразделений, или пополнят новичками, но и полноценной боевой единицей это подразделение станет ещё не скоро.

Долго отдыхать фрицам никто не дал. После прозвучавших команд они двинулись вперёд, но уже короткими перебежками, прячась за кочками от потенциальной угрозы с правого для них фланга. И как-то так получилось, что шли они уступом, а не клином. Впереди первое отделение, левее и сзади него второе, а ещё левее третье следом за вторым. И теперь до них было уже около сотни метров, поэтому заранее распределив цели, мы открыли кинжальный огонь. Малыш по первому отделению, я из автомата по второму, снайпер по третьему. Больше всех, конечно, повезло второму, но ненадолго, потому что, разобравшись со своими целями, Емеля переключился на моих крестников. Филин же продолжал методично уничтожать гансов в своём секторе обстрела. Я, сменив пустой магазин, переместился к Малышу, помог ему перезарядить ленту и велел отходить вправо, держась опушки, а потом прикрыть наш отход. Немцы отвечали, вяло отстреливаясь из карабинов, потому что их пулемётчиков мы загасили в первую очередь, а все попытки кого-либо пострелять из пулемётов, снайпер пресекал на корню, запуливая маслину в голову непонятливых. Сменив Малыша, я выпустил ещё один магазин куда-то в сторону противника короткими очередями и, позвав Филина, отполз с опушки, потому что неподалеку раздались разрывы мин.