Выехав на околицу, решили немного осмотреться и кое-что увидели. С юга по дороге, выходящей из леса, в нашу сторону пылила колонна фрицевских бронеавтомобилей. Расстояние до неё было ещё приличным, около километра, поэтому не долго думая, мы отправили наш грузовик с донесением к ротному, а сами решили немного задержать гансов, устроив им «сюрпрайз». Заехав за ближайший дом, взяли ПТР, зашли в хату и установили его на столе напротив окна, выходящего в сторону противника. На подоконнике соседнего окна, открыв створки, устроился дядя Фёдор со своим пулемётом, зарядив в него ленту с бронебойными патронами. Мы же наоборот оттащили стол вглубь горницы, хоть сектор обстрела и сократился, но нам хватит, засиживаться здесь мы не собирались, да и патронов к ружью было всего десять штук, опять же и вспышку от выстрела не сразу заметят. Стрелять решили с дистанции триста метров, сначала из ПТР, а потом и из пулемёта. Снарядив бронебойными патронами свою «Светку» и пообещав нам разобраться со слишком назойливыми пулемётчиками, сержант Филатов полез на чердак дома.

Немцы сильно не торопились, но и не останавливались, поэтому ждать нам пришлось недолго — через пару минут головной бронеавтомобиль уже остался без единственной фары, которую я ему выбил, Серёга с криком — Полундра! — кубарем скатывался с чердака, а дядя Фёдор матерился, видя следы от рикошетов на покатой броне горбатого монстра.

— По колёсам стреляй! — Кричу я ему, перенеся прицел на нижнюю проекцию корпуса.

А потом мы еле успели выскочить из дома, прежде чем по нему отстрелялся из своей двадцатимиллиметровой пушки этот тяжёлый «утюг». Так как он начал уже крестить нашу хатку, опуская свою пушку по вертикали. Последним выстрелом попадаю ему в башню, а потом в темпе румбы сваливаю из комнаты. Но спокойно смыться из дома у нас не вышло. Пришлось это делать в невероятной спешке. И, закинув через борт стреляющее железо, заскакивать в дожидающуюся нас «тачанку», тем же путём. После чего на максимальной скорости мы рванули к себе, но не прямо, а прикрываясь от противника деревенскими избам. Не знаю, что стало с нашим «крёстным», только нас он догнать не смог, значит мы ему не только фару разбили, но ещё и колесо продырявили, а возможно и водилу подстрелили. Немного отъехав от деревни под разгорающуюся пулемётную пальбу, я увидел две исковерканные противотанковые пушки, и валяющиеся в беспорядке трупы канониров. Заключительным аккордом к нашему выступлению прозвучали выстрелы из немецкого орудия и взрывы снарядов, разметавшие домик, в котором мы устроили засаду.