— А я… я был любимым сыном, но, увы, все равно не дотягивал до Натаниэля. Когда его не стало, отец начал требовать от меня невозможного. Чтобы я заменил Ната. Но как? — голос повысился, завибрировал, руки сжались еще сильнее, отчего я охнула. Эльф взглянул на меня, шепнув тихое «Извини», обхватил уже обе мои ладошки своими, нежно провел по ним большим пальцем. Задержался взглядом на моем лице, явно отслеживая реакцию на его действия. Я улыбнулась ему, мне было приятно, тепло и уютно. Мужчина вновь улыбнулся и заговорил тихо, опустив взгляд в пол:

— Я не понимал этого, не хотел. Мне нравится свобода, и лишиться ее было самым ужасным наказанием. И я начал бунтовать, а сейчас… Я понимаю всю ту ответственность, что УЖЕ лежит на моих плечах. Но не знаю, как исправить те ошибки, которые успел натворить, и как не допустить новых, — его голос дрогнул, он замер, вглядываясь в мое лицо, ища поддержки, отслеживая каждую реакцию.

А я молчала, впитывая его слова. Уже знала, что нужно сказать — слова словно пришли в мою голову заготовленной фразой, но я не знала, готова ли взять на себя такую ответственность. Но все-таки решилась:

— Ошибиться не страшно, — выдохнула, грудь сперло от понимания, от ощущения, что толкаю мужину на важный шаг, и если он не справится, то в этом будет и моя вина. Я чувствовала эту ответственность. Но верила в Энтариэля, поэтому продолжила: — Страшно не успеть исправить эту ошибку. У тебя же есть и время, и возможности, осталось только найти желание. И… я уверена, ты был хорошим братом.

Энтариэль вздрогнул, из его глаз ушла задумчивость, он весь будто даже подобрался. Смотрел на меня, будто ища что-то ему одному известное. Его руки так и удерживали мои ладони. Он опустил на них взгляд, чему-то улыбнулся, еле заметно кивнул, снова провел большими пальцами по моим ладоням… Мужчина заговорил с нежной грустью:

— Я его очень любил, а Нат меня. Он все свободное время проводил со мной, рассказывал мне о своих открытиях в детстве. Когда немного подросли, он планировал свою деятельность как правителя, рассказывал, что он изменит, как только займет трон. Это всегда так сильно впечатляло, потому что он жил этим, и правда был бы потрясающим правителем. А я так, как он, не смогу…

— Ты тоже будешь, я уверена в этом, — перебила принца, и моя интуиция говорила об этом же. Я не сомневалась в своих словах. Мой голос звучал твердо и уверенно.

— Для этого нужно слишком много сделать, — сказал задумчиво Энтариэль.

На какое-то время мужчина погрузился в себя, о чем-то размышляя и что-то для себя решая. Потом с уверенностью в принятом, только ему известном решении, Энтариэль поднялся с удобной лавочки и подал мне руку. — Давай возвращаться?