— Ты как? — спросил и заправил выбившуюся прядь мне за ухо, чем смутил еще больше.

Только сейчас до меня дошло, что выгляжу я наверняка как самое настоящее чучело. Даже подняла руку к волосам, чтобы немного привести их порядок, но быстро поняла, что пока это бесполезно.

— Ты очень милая, когда вот такая растрепанная, — сказал Марсель.

Хотел еще что-то добавить, но передумал. Только улыбнулся как-то предвкушающе.

— Угу, — буркнула я. — Что со мной случилось? Почему я в лекарском крыле?

Марсель помрачнел.

— Сильное магическое и физическое истощение плюс трещины в двух ребрах и различные мелкие повреждения. Лайза отправила тебя на двое суток в сон, и он пошел тебе на пользу.

— Двое суток⁈ Надо же… — И только тут я заметила, какой Марсель уставший.

— А ты сам-то спал за это время?

Марсель хмыкнул, на мгновение устало прикрыв глаза:

— У меня слишком много работы. Знала бы ты, что успела наворотить эта тварь… Одно то, что она взяла под ментальный контроль магистров и адептов, которые встали на ее защиту, говорит о многом.

— И ректора? — спросила я.

— И ректора, — кивнул Марсель.

— А как она их подчиняла? — забеспокоилась я, переживая, что тоже могла попасть под ее контроль.

Марсель смутился, но за него ответила Лайза, которая прислушивалась к нашей беседе:

— Похоже, Марлена это делала через интимную связь. По крайней мере, такой вывод можно сделать после беседы с теми, кто успел прийти в себя. — Потом остро глянула на Даниэля и сухо спросила: — Не желаете пройти проверку на наличие токсина арахнидки в крови?

— Не желаю, — нахмурился боевик, прямо глядя ей в глаза. — У меня с ней ничего не было.

— Вы уверены? По академии ходили противоречивые слухи, — не отступала Лайза.

Эти двое бодались взглядами. Наконец Даниэль с нажимом произнес:

— Я уверен. И кажется, мы уже перешли на «ты».

Повисла напряженная пауза, но раздался звонкий шлепок, и все посмотрели на Ё-ё. Оказалось, это он так громко в порыве озарения шлепнул себя лапкой по лысой голове.

— А я-то думал, с чего эта гадина так тебя в постель затащить хотела? Да, друг, чуйка у тебя что надо. Ректору бы такую…

«Да все он чувствовал! — вступилась за хозяина Моника. — Вернее, не хотел он с ней отношений. Долго эту тварь к себе не подпускал. Я уверена, что она что-то ему подлила в питье, вот он и…» Крыска всхлипнула, вспомнив, сколько всего ей с ее хозяином пришлось пережить по вине арахнидки.

— Как он? — спросила я и испытала чувство вины, что не поинтересовалась его самочувствием раньше.

Меня оправдывало только то, что я видела перед собой живую и здоровую Монику, а значит, и с эром эль Граскейном ничего непоправимого случиться не могло.