Три… Два… Один!

Алексей со всей возможно силой оттолкнулся от пластобетонного покрытия космодрома. Его тело выбросило вперёд подобно снаряду, выпущенному баллистой. Мужчина успел скрыться за опорой орбитального бота, после чего перекатился через плечо. Это позволило ему избежать попадания под опасный луч.

— Врёшь, сука, не возьмешь! — выкрикнул он разозлённому блондину и его боевой подруге.

— Воронцов сдавайся, — крикнул ему Мироу. — Иритт уже обречена! Ты же знаешь, что только я могу вывести её из стазиса. Поэтому советую сложить оружие.

— Русские не сдаются!

Три… Два…

Алексей на мгновение высунулся из-за укрытия, увидел, куда целится из Охотника противник, после чего снова совершил невероятный прыжок и ушёл от голубоватого луча назло инспектору.

Элена не даром хлебала щи. Она тут же принялась палить по нему из бластера. Но Воронцов использовал для защиты тот же трюк с вращением меча. Отбивая заряды плазмы в разную сторону, он преодолел разделявшее его от противников расстояние. В последний момент он прыгнул в сторону напарницы блондина. Точный удар сфокусированного луча пришёлся в защищённую воротником униформы в тонкую шею Элен. Бледная, почти прозрачная кожа была прожжена вслед за бронетканью. В следующее мгновение голова девушки отделилась от туловища и упала под ноги Мироу.

Блондин опешил от такого исхода событий. Его противник двигался с умопомрачительной скоростью и предугадывая каждое его движение. В истеричном смехе инспектор выпустил всю обойму из бластера и вдогонку стрельнул в Алексея из Охотника.

— Тварь! Сдохни ты уже! — его распирало от ярости. — Ты как кость в горле у всего бюро!

Воронцов подпрыгнул высоко вверх. Голубой луч пролетел под ним в тот момент, когда мужчина находился в наивысшей точке. В последний момент он зацепился за поручень борта корвета, после чего качнул тело вперёд и спрыгнул за спину блондина.

— Я вам не кость в горло, а по самые гланды засуну бакулюм, ушлёпок! — световой луч справа налево впился в туловище Мироу. В следующее мгновение его тело в районе живота разделилось на две поджаренных части.

— А-а-а-а-а-а!!! — рухнула верхняя половина туловища на покрытие космодрома. — А-А-А!!! — в своём вопле он выплёскивал весь свой гнев, всю свою боль, отчаяние, ненависть и жуткую досаду.

Мироу пытался руками собрать свои внутренности, которые вывалились на пластобетон. В последний момент он прекратил бесполезные попытки спасти кишки, поднял полные мстительной ненависти глаза на Алексея, и на последнем дыхании выдал:

— Твоя подстилка так и сгниёт в стазисе, — его губы изогнулись в гнусной ухмылке, после чего он обмяк.