Лёгкая на весельный ход казанка рассекала тихую входную гладь. Они уселись таким образом, что сидящие впереди Михаил и Тимур налегали на основные вёсла, а Алексей и Марины орудовали вспомогательной парой. В начале всё шло вразнобой и толком ничего не получалось, но со временем они перешли на счёт, и ритм работы наладился.
Раз — вёсла первой пары синхронно входили в воду. Два — вёсла первой пары появлялись из воды и вторая пара начинала опускать вёсла. Три — вторая пара опускала вёсла в воду и делала гребок, а вёсла первой пары оказывались в самом верху. Четыре — вёсла первой пары направляли в воду, а второй пары появлялись из воды. С помощью такого ритма они развили приличную скорость и спокойно гребли против теченья к разрушенному мосту через большую реку.
Алексей осмотрел остатки поддерживающих опор моста, торчащие словно гнилые зубы. Этот мост начали строить ещё в середине восьмидесятых, как только он ушёл в армию. Но последующая перестройка и развал союза надолго заморозили стройку. Лишь в конце двухтысячных его, наконец, запустили в эксплуатацию, но он сразу же прославился на весь мир как танцующий мост. Сильный порыв ветра раскачал мост так, что всё дорожное полотно начало ходить ходуном. В интернете было очень популярным видео о том, как собака, стоя посередине дороги, пытается устоять на ногах. После этого случая мост закрыли на проверку целостности сооружения и спустя пару месяцев запустили в эксплуатацию. Он был связующей артерией между Волгоградом, Астраханью и Казахстаном. Но теперь это всего лишь куски бетона, торчащие из тёмной воды посередине русла.
Лодка неспешно преодолевала входную гладь. Алексей смотрел на берег, на котором располагался его родной город. Бывший Волгоград порос зеленью, словно там никогда и не было строений и жителей. Лишь иногда можно было разглядеть разрушенные остовы зданий и сооружений. Лишь набережная в центре города осталась почти не тронутой. Здания концертного зала и речпорта не было, но закатанный в бетон и гранит берег набережной хорошо сохранился. Даже памятник речникам-пожарным оказался на месте: корабль на бетонном постаменте треснул пополам и упёрся кормой в землю, но остался на месте. А вот футбольный стадион оказался разрушен. Металлоконструкции прогнили и под тяжестью кровли всё обвалилось. Теперь лишь мешанина стали и бетона напоминала о былой красоте стадиона. Ржавое колесо обозрения сорвалось с крепежа, скатилось с насыпи в Волгу и на половину торчало из воды.
Алексея удивило то, что на Мамаевом кургане было пусто. Раньше статую «Родина мать» — великий памятник погибшим воинам его родной страны — было видно почти из любой точки Волгограда. Но спустя почти сто лет одиночества монументальная статуя исчезла.