— И, что удивительно, все в той группе пользовались сильными формациями.

Вот теперь всё окончательно встало на неприятное место.

Юй Жун продолжила:

— Он отдельно отметил их уровень. Еретики действовали группой и использовали несколько массивов, достаточно сильных, чтобы удерживать культиватора даже Формирования Ядра. Построены грамотно, быстро активировались и хорошо взаимодействовали друг с другом. Если бы не тайная техника побега, то он не смог бы сбежать.

Я задумался.

Во-первых, мне определенно нужна такая же техника побега. Чтобы выжить даже там, где погибли бы более сильные.

Во-вторых, такие формации определенно наталкивают на секту Горной Печати.

Тем не менее…

— Этого всё равно недостаточно, чтобы подозревать Горную Печать. — сказал я. — Сильные формации существуют и за пределами этой секты. Некоторые еретические линии могли сохранить собственные наследия, кто-то мог украсть трактаты, купить их или просто самостоятельно разобраться. Если мы обвиним Великую секту только потому, что преступники умеют рисовать хорошие формационные линии, над нами будут смеяться.

Юй Жун улыбнулась.

— Вот поэтому ты мне и нравишься.

Я предпочёл никак не реагировать на формулировку.

Она была мастером Лань Юэ. И женщиной, которая недавно интересовалась личной жизнью моего второго тела.

Некоторые слова лучше оставлять без уточнений.

— Значит, есть что-то ещё, — сказал я.

— Есть подозрения.

— Но нет доказательств.

— Именно.

Юй Жун поднялась и подошла к окну.

Я невольно посмотрел вслед.

Отсюда было видно несколько нижних террас Горной Печати. По дорогам двигались ученики, вдалеке мерцали формационные барьеры, а ещё выше часть горы скрывалась в облаках. Огромная секта, тысячи людей, сотни павильонов и формации, часть которых я пока даже не умел нормально рассматривать.

— После исчезновения нашего ученика секта начала проверять старые сведения, — сказала Юй Жун. — Не только по тем городам, где пропали свободные культиваторы. Мы подняли отчёты зависимых кланов, сведения торговых караванов, жалобы смертных поселений и записи о пропавших людях за много лет.

Она обернулась.

— В пределах примерно тысячи ли вокруг Горной Печати люди исчезают слишком часто. И не только культиваторы, но и смертные.

Я перестал смотреть на гору.

— Насколько слишком?

— Достаточно, чтобы это перестало быть случайностью.

Культиватора могли убить ради ресурсов, мести, техники или какого-нибудь сокровища. Смертный обычно не носил при себе ничего, ради чего стоило бы организовывать систематические похищения.

Если пропадали и они, мотив находился где-то в другой стороне.