С этими мыслями я вышел из дома, сел в машину, и она тронулась в сторону Кремлёвского Дворца. По дороге я попытался выбросить из головы все посторонние мысли. В конце концов, не всё же сводится к вечной борьбе?

* * *

Ребята меня ждали там, где мы и договорились с ними встретиться. Тут были все те, кто вчера приходил ко мне. Я признался себе в том, что рад видеть всех. Даже девушек, которые действовали мне на нервы.

Да и весь день вокруг был какой-то солнечный и яркий. В такие дни всегда хочется веселиться, а тело кажется настолько лёгким, что вот-вот оторвёшься от земли и вознесёшься к невесомым облакам.

Перешучиваясь и делясь своими соображениями по поводу того, как всё закончится, мы зашли внутрь. Окна в большом зале были распахнуты настежь, поэтому свежесть и лёгкость дня проникала и сюда, властвуя надо всем.

И тут совсем рядом, шагах в пяти от себя я увидел Виту. Она стояла и неуверенно озиралась по сторонам, словно кого-то потеряла.

— Здравствуйте, — сказал я, склоняя перед ней голову. — Так вы тоже для сегодняшнего дня закупались вчера на Никольской.

Девушка мне так тепло улыбнулась, что я был готов привязать её к себе, лишь бы эта улыбка сопровождала меня всюду. А затем она взяла меня под руку.

— Да, — только и сказала она, после чего на долгие секунды замолчала, глядя мне прямо в глаза, но затем, видимо, собралась с духом и добавила: — Только мне тут немного неуютно… было.

— Было? — переспросил я и окинул зал глазами в поисках того молодого человека, который вчера увёл Виту прочь.

Но вместо этого наткнулся на три горящих взгляда знакомых мне девушек. Впрочем, был и четвёртый.

— До того, как увидела вас, — она мило смутилась и прикрыла нижнюю часть лица веером. — Но сейчас значительно полегчало.

— Вита? — молодой человек оказался лёгок на помине и быстрой походкой подошёл к нам. — Всё в порядке?

— Познакомьтесь, — сказала она, указывая на вновь прибывшего. — Это мой брат, Андрей.

— Очень приятно, — мы с ним пожали друг другу руки.

— Вы извините, — сказал после этого Андрей и обратился к сестре. — Пойдём, я тебя кое с кем познакомлю, а потом вернёшься, хорошо?

Та кивнула, и они ушли. А у меня на сердце почему-то стало легко-легко. Как будто какой-то груз свалился.

Но практически сразу меня решили вернуть на землю.

— Вы что же это, сударь, совсем позабыли все приличия? — раздался за спиной знакомый голос.

Я обернулся на него с улыбочкой, выражающей скорее презрение, нежели непонимание.

— А вас, я смотрю, уже выписали из травматологии? — высказал я в сторону Перлова, который хмурился и строил брезгливую физиономию. — Как челюсть?