Что-то в отголосках позволило мне понять, что говорил ксенос.

«Зато теперь мы знаем, что все это не было ошибкой, — ответил божок. — Это новый тип существования. Невероятные возможности и сила!»

«Ты прав, — согласился ксенос. — Что ж, пора собирать урожай».

«Начинай очистку и остерегайся ошибок, — произнёс божок. — У нас в руках плоды труда, которые мы едва ли сможем повторить».

«Следи за стабильностью разума, — сказал его подельник. — Фантомы воспоминаний иногда могу принести проблем».

«Не беспокойся об этом, — ответил божок. — Моя сила не оставит ему шансов».

На этом разговор закончился. Мои враги оборвали связь и занялись каждый своим делом. Пока божок завис в выси, наблюдая за стабильностью моего сознания, ксенос начал изучение слоёв памяти.

Я впервые погрузился так глубоко, чтобы словно со стороны увидеть содержимое рассудка. Последнее представляло собой ментальные структуры, погружённые во тьму. Ксенос внедрялся в них своим сознанием и просматривал.

Он явно не лгал про наличие опыта. Действовал чужак искусно и быстро. Я мог лишь ощущать, как ксенос споро перебирает эпизоды моей жизни.

«Он быстро найдёт нужное и приступит к процессу очистки, — подумал я. — У меня не так уж много времени, чтобы подготовить контрудар».

Перед ксеносом стояла довольно сложная задача — изучить не просто ментальные остатки убитого существа, но структуру живого разума. Только это и давало некоторую фору по времени.

Продолжая наблюдать, я заметил, что, несмотря на опыт, на некоторых моментах чужак явно испытывает трудности и предельно концентрируется. Скоро мне стало ясно — это отрывки, пропитанные тяжёлыми эмоциональными вспышками.

«Ну конечно, — дошло до меня. — Ведь мне и самому было трудно очищать места эмоционального всплеска».

У меня была лишь одна возможность дать последний бой. И теперь я знал место, где он произойдёт. По иронии судьбы, там же, где всё и началось.

Одного мысленного усилия оказалось достаточно, чтобы я оказался там, где нужно. Погружение в воспоминание наполнило окружающую тьму объёмом, цветами, звуками и даже запахами.

Послышался плеск воды, в воздухе ощущалась влага, напитанная запахами ила. Я оказался в пещере, где случилась смертельная схватка, изменившая мою жизнь.

Тем временем воспоминание продолжало проявляться. Я увидел, как моё воображение дорисовало застывшую фигуру Хищника у входа. Напротив неё в глубине пещеры появился человек… я. В то время как Хищник был прорисован до мельчайших деталей, «себя» я видел как тёмный силуэт, который постоянно расплывался.

Даже сейчас я ощутил, как пространство вокруг дрожит от эмоций, с которыми было связано это воспоминание.