Был и еще один момент. Я хотел увидеть, что же кроется в колыбели богов. Как минимум я желал дополнить свои знания об этих существах и их силе.

Передо мной встал вопрос дальнейших действий. Однако покуда я рисковал своей жизнью для чужого мира, то мог со спокойной душой учитывать и свои интересы.

Все это прошло в голове, когда я уже начал движение. Стоило пролететь два десятка метров, как завал из набросанных взрывом обломков остался позади. Меньше стало и пыли, позволяя рассмотреть Нижние пути обычным зрением.

Ничего особенного они из себя не представляли. Это были широкие подземные коридоры, рассчитанные на большие массы народу. Сейчас они утопали в полутьме.

Впереди послышались голоса напуганных аборигенов. В страхе те ушли дальше от взрыва, что было неудивительно. По ходу движения я заметил тела тех, кто стал жертвами крушения.

Пару сотен метров коридора я преодолел за считанные секунды, после чего ощутил некие перемены. Хоть я и приблизился, голоса успели затихнуть. Однако главное изменение было не в этом. Я чувствовал, как в фоне нечто изменилось. Энергия будто перешла в странную вибрацию. По мере продвижения она становилась все более явной. Это было нечто, чего раньше я никогда не наблюдал.

В свете скудного освещения я увидел ряды аборигенов. Те самые верующие, что, по словам Тириуса, двигались к центру храмового комплекса, вели себя странно. Вместо паники они присели на пол и застыли без движения.

Однако куда больше мое внимание привлек коридор, вернее, тупик, которым тот заканчивался. Поначалу я подумал, что это сплошная стена, но приблизившись, понял, что вижу исполинские врата. Они намертво перекрыли дальнейший путь как верующим, так и мне.

Я выругался. В памяти жреца, убитого на летающей крепости этого не было. Оно и неудивительно. Очистка подняла лишь ту информацию, которую тот держал в сознании перед смертью.

«Неужели придется искать другой путь? — подумал я. — Вот же!»

Не обращая внимания на расположившихся на полу верующих, я направился через их ряды к запирающим вратам. Именно в этот момент до меня донеслись первые монотонные голоса. Звучащие на один лад, они изредка меняли тональность, походя на какое-то горловое пение.

Я не успел понять, что те делают, как странное поведение фона усилилось. Разлитая энергия в нём не двигалась, но будто вибрировала.

Опустившиеся на колени аборигены выглядели жалко. Одетые в старые, запылённые плащи, они очевидно были представителями низших сословий. Однако это никак не умаляло того, что они делали.

Находясь между рядов застывших в религиозном упоении аборигенов, я чувствовал нечто удивительное. В энергетическом зрении каждый из них стал излучать едва заметное золотистое сияние. В воздухе отчётливо начал расти фон божественной энергии. Именно её наличие вызывало такой эффект вибрации.