Когда я вошел в зал, я заметил, что там было около 4 манекенов для отработки ударов, ряд гантелей и пара скамеек для жима. На стене висели обручи, перчатки для спарринга и скакалки.

Я начал разминку, взяв спортивный инвентарь. Через 10 минут в зал вошел Распутин пружинистой походкой. Он заметил, что я заканчиваю растяжку, и подошел ко мне.

— Вы ведь не любили тренировки, всегда старались их избежать, и духовной энергией вы не обладаете. Не поймите меня неправильно, но я хочу понять, чему мы будем с вами учиться. Ближнему бою или стрелковому?

— У меня нет ответа на ваш вопрос, Андрей Игоревич. Но после сегодняшнего нападения я хочу стать сильнее и понять, на что я способен.

— Достойный выбор, князь. Тогда сейчас мы посмотрим, как вы помните то, чему я вас учил. Прошу на маты и не сдерживайте себя. Я выдержу ваши удары, — усмехнулся он.

— Как скажете, Андрей Игоревич, — я встал в боевую стойку.

— Нападайте, князь.

Я бросился вперед и нанес длинную серию ударов руками и ногами по корпусу Распутина. Часть из них прошла в блок, часть ушла в пустоту, потому что Распутин резко отпрыгнул в сторону.

— Удивительно, — сказал он с удивлением.

— Продолжим? — спросил я и получил кивок.

Сократив дистанцию и замахнувшись рукой, я получил короткий удар в живот и, охнув, содрогаясь всем телом, рухнул на колени.

— Не забывайте о защите, ваше благородие, — произнес с ухмылкой Распутин.

— Да, спасибо, — ответил я, поднимаясь на ноги.

— Сейчас я буду нападать, а вы защищайтесь, — сказал Распутин, приняв стойку.

И, не сходя с места, он попытался ударить ногой в лицо. Это было слишком просто, подумал я, поймав его ногу руками и дёрнув её в сторону, я отправил его в короткий полёт.

— Отлично, князь! — воскликнул Распутин.

Вскочив на ноги, он попытался нанести удар руками в корпус. Но я был готов и, поймав его руку, провел эффектный бросок через бедро. Распутин рухнул на спину, я прижал коленями его руки к полу и начал проводить удушающий прием. Потерпевший поражение Распутин отчаянно пытался сбросить с себя мою тушку и напрягал мышцы, резко дёргался из стороны в сторону, но все было бесполезно — этот раунд был за мной.

В конце концов, мы занимались спаррингом около часа. Не выявив победителя, но я был уверен, что мне поддавались. Слишком легко я побеждал.

Уходя из зала, Распутин предложил:

— Завтра похороны вашего отца, поэтому следующую тренировку предлагаю провести послезавтра, на полигоне рода, с оружием и с более подходящими для вас противниками.

— Хорошо, Андрей Игоревич, — ответил я, поклонившись, и вышел из зала. Мне срочно нужно было принять душ и я проголодался, а до ужина еще было далеко.