К деревне он возвращался уже в темноте, решетка стояла опущенной, как и обещал здешний порядок, под навесами у стены храпели в три десятка глоток, и ночевать в этом хоре не хотелось, за день он наслушался людей на неделю вперед. Корш прошелся вдоль стены, свернул к реке и высмотрел в стороне густые тихие заросли по пояс высотой, на вид никем не занятые.
Место выходило удобное, траву можно примять, постелить сверху и спать под открытым небом, ночи пока стояли терпимые. Он шагнул в заросли и наклонился нарвать травы под бок, и в этот момент трава перед ним зашевелилась, и из нее поднялась взъерошенная старческая физиономия.
— Ты чаво это, бесявый, траву обижаешь, а?
Ответить Корш не успел, только рот открыл, и в лицо ему прилетела лепешка с привкусом навоза. Хотя нет, не с привкусом, это он и был.
— А ну пшел отсюда, черт плешивый! — рявкнул дед и завозился в траве, нашаривая, судя по звуку, вторую.
Выбор перед Коршем встал небогатый: можно было достать из-за пазухи королевский значок, от которого нормальные люди теряют дар речи, и проверить, потеряет ли ее этот дед, но портить образ из-за лепешки было жалко. Так что особый дознаватель короны выплюнул лишнее, утерся рукавом, развернулся и ретировался с достоинством, насколько это слово вообще применимо к отступлению от вооруженного навозом противника.
— То-то же! — неслось ему в спину. — Смотри у меня!
Ночлег в итоге нашелся под чужой телегой у навесов, храп сверху оказался не таким уж и страшным, если подложить под голову котомку и заняться итогами дня. Итоги выходили любопытные.
Папка с бредом за эти дни разжирела на официальных отчетах, папка со слухами распухла от золотых сундуков и вездесущего Мульба, а в папку с фактами за весь день лег ровно один пункт, зато проверенный на собственной шкуре и сомнению не подлежащий: траву в этой деревне охраняют серьезнее, чем армейскую казну.
Глава 2
Улыбка у меня, подозреваю, вышла та еще, а в голове с жужжанием, вполне достойным здешних обитателей, крутились сотни шестеренок. Не надо быть созидателем на третьей ступени и разрушителем ровно на той же, чтобы понять простую вещь — вырыли себе осы, наверное, уютный, но тем не менее саркофаг, и крышку пока просто никто не захлопнул.
Ну а что тут гадать, вон трещина, ее даже отсюда видно, из нее деревца растут. А раз растут, значит, корни сделали половину работы за меня, расклинили породу изнутри, осталось только помочь. И это снаружи! Вон та трещинка левее кажется незначительной, но это пока не приглядываешься, а стоит приглядеться, и понимаешь, что уходит она куда-то вглубь и здесь у нее только самое начало.