Больд вышел из-за поворота целиком, и от его шагов мелко задрожала утоптанная земля тропы. Копна на его плечах была такой, что в неё поместилось бы всё, что Тобас нарубил за последние три дня, и ещё осталось бы место.
Рябой приоткрыл рот и забыл закрыть. Длинный сел обратно на землю и уставился перед собой остекленевшими глазами. Тобас смотрел на приближающуюся гору железного дерева и чувствовал, как травинка во рту медленно ломается, потому что челюсть сжалась сама собой.
Рей обернулся ещё раз, окинул взглядом Тобаса с его приятелями и слегка развёл руками.
— Ну что, достаточно?
Глава 5
Больд аккуратно опустил копну на землю, и земля глухо вздрогнула под весом железного дерева. Стволы, прутья и обломки развалились в стороны, образовав кучу размером с небольшой сарай, и некоторое время ещё покачивались, укладываясь поудобнее. Прутки выдержали, хотя парочка натянулась так, что тронь пальцем и лопнет.
Я почесал затылок и принялся разглядывать добычу. Хорошая куча, богатая, на пару дней точно хватит, а если экономить, то и на неделю. Но вот проблема: куча лежит, а толку от неё пока никакого, потому что целые стволы в угольную яму не засунешь и на арматуру не пустишь. Их надо разрубить, распилить, разделать на заготовки нужного размера, и вот тут начинается самое интересное.
Раньше я бы просто взял топор, напитал лезвие Основой и принялся рубить. Заодно и Разрушение потренировал бы, каждый удар по железному дереву давал небольшой, но стабильный прирост. Только вот сейчас Основы на донышке. Формочки перезарядил, печати поставил на всё, до чего дотянулся, и на выходе осталось от силы единицы две. Вечер на дворе, солнце уже постепенно катится к горизонту, и восстановиться до утра получится единиц на четыре-пять, не больше. Так что рубить прямо сейчас нечем, в смысле не руками, а Основой.
Можно, конечно, попросить Больда. Он и без топора способен на многое, вон как просеку прорубил одним ударом, до сих пор в ушах звенит. Но разрубать стволы на мерные куски это не деревья валить. Тут нужна точность, а точность и Больд живут на разных берегах реки и даже друг другу не машут.
Опять же, нормального, достаточно большого топора у нас больше нет, тот хорговский до сих пор торчит в стволе железного исполина где-то в глубине рощи, и как его оттуда выковыривать, я пока не придумал. Отдавать Больду свой бесполезно, он в его ладонях будет выглядеть как столовый нож, и хватит этого ножа ровно на один замах.
— Слушай, Больд, — повернулся к нему. — А ты мог бы разрубить эти деревья как-нибудь без топора?