— Послушай… — Она схватила сумочку, безуспешно попыталась найти в ней старые ключи, затем в порыве энтузиазма вывалила содержимое горой на стол. — Я тут подумала… Моя старая квартира стоит пустая, я ее сдуру оплатила до конца года, а сама в ней не живу… ну чего она будет зря пустовать? Ага, вот они! Я же помню, что где-то в сумочке валялись! Вот, возьми. Хозяин тебя помнит и возникать не посмеет. Квартиру ты еще неизвестно когда найдешь, а у Жака на диване в гостиной жить — одно неудобство.
— Спасибо. — Диего благодарно улыбнулся и оглядел кучу всевозможного хлама, рассыпанного по столу. — Твоя сумочка по-прежнему напоминает лавку старьевщика. В ней можно найти что угодно, от сломанного карандаша до золотых часов. Если хорошенько поискать, то там, наверное, найдется и дюжина пропавших артефактов древности.
Ольга вспомнила о часах, заглянула в них и спохватилась, что Артуро, наверное, уже беспокоится и представляет себе кровавую сцену из «Дона Тенорио».
— Ой, мне пора бежать… — Она торопливо сгребла в сумочку свое имущество и вскочила. — Не скучай, я как-нибудь забегу.
— Давай я тебя провожу.
— Не надо, ты и так устал. Отдыхай, я уже привыкла бегать без провожатых.
— То есть как? Твой приятель даже не провожает тебя?
— Да провожает, только он у меня недавно, а привыкнуть я успела еще до его появления. Нет, Диего, действительно не надо.
— Тогда до свидания. — Он поднялся и сделал шаг к ней.
Ольга поспешно помахала рукой, сделав вид, будто не заметила, и вышмыгнула из кухни. Может, Диего ничего такого и не хотел, может, просто руку собирался пожать. Но она совершенно точно чувствовала, что стоит им только соприкоснуться, пусть даже в самом обычном рукопожатии, и она уже не сможет уйти. Что возникшая между ними стена отчуждения слишком хрупка, чтобы пробовать ее на прочность. Любой, самый легкий толчок — и развалится эта хилая преграда, и что тогда?
Нет, оказаться в роли прославленного барашка меж двух стожков Ольге совсем не хотелось.
Глава 12 И что вы хотите делать в шоу-бизнесе с такой жо… э-э… фигурой? Масяня
С некоторых пор по четным дням жизнь Кантора стала особо насыщенной и динамичной, временами доходя до полной суматохи. Кое-как приспособившись жить с новеньким проклятием, Кантор старался как можно меньше дел оставлять на следующий, нечетный, день, так как уже знал по опыту, что в день приступа ничего толком сделать не сможет.
Нынешний четверг, как и большинство четных дней, прошел очень продуктивно. С утра Кантор перетащил свои вещи в Ольгину старую квартиру и совершил великий поход по рынку и городским лавкам. Прикупил кое-какой домашней утвари и продуктов на первое время. Приобрел новую куртку, чтобы не светить дырами в приличном обществе и не вызывать вопросов, что с ним случилось. (После подробного обсуждения дырявой куртки с королем Кантор был готов прибить следующего, кто его об этом спросит.) Обновил запас лекарств, поболтал с симпатичной аптекаршей и между делом наслушался полезных советов. Навестил Элмара и договорился с Азиль насчет рекомендации. Прямо оттуда сходил вместе с нимфой к хореографу, показал, что умеет, и получил приглашение приходить завтра на репетицию. Вот тут хорошее настроение Кантора здорово испортилось. Он рассчитывал, что начнет новую жизнь с понедельника, но судьба в который раз по-свински скорректировала его планы. Первый день на новом пути получался нечетным, и оставалось только надеяться, что очередной приступ погодит хотя бы до обеда и не испортит первую же репетицию.