— Думаешь пацан мог убить Скрябина или Бутурлина? — поднял бровь Вельяминов.
— Или обоих, — предположил Коновницын.
— Он стал тебе интересен, — догадался лидер совета и потер запотевшие ладони.
— Немного, — пожал плечами Коновницын.
— Не переживай, — усмехнулся Вельяминов и ткнул жирным пальцем в тощее плечо друга, — ты единственный кому я могу это доверить. И чтобы тебя ничего не отвлекало, можешь делегировать другим все текущие проекты. Кроме тех что касаются этого дерьма, — кивнул в сторону Академии Вельяминов.
— Все проекты? Даже…
— Все, — уверенно кивнул Вельяминов, — отныне тебя должен волновать только Марк Жуков. Разберись с проблемой. И не так как в прошлый раз…
— Голицын лично вмешался, — недовольно скривился Коновницын, — без шума бы не обошлось.
— Знаю, — стиснул зубы Вельяминов, — с этого и начни. Голицын не просто так отозвал сынка с фронта. И в Жукова вцепился не просто так.
— Я же сказал, — резко перебил Коновницын и нацепил цилиндр, — я беру пацана на себя. И мне не нужны указания как выполнять свою работу. Прибереги их для других.
— Знаешь, — взбодрился Вельяминов, — таким ты мне нравишься куда больше.
— Себе тоже, — вежливо кивнул Коновницын и вышел из машины.
* * *
Утро среды выдалось скомканным. Мне с трудом удается восстановить в памяти всю хронологию событий, как именно я очутился здесь, в том самом кабинете с тремя удобными черными диванами, где Голицын угощал меня олениной.
Помню, как протиснулся сквозь завалы посреди десятков ошарашенных моим внешним видов студентов. Как расстроился, что не встретил среди толпы хари Жеребцова.
Видимо только на силе чистого злорадства я и мог стоять на ногах до того момента, потому что там я и упал. Потом помню, как меня несут. Крики. Сирены. Много незнакомых обеспокоенных лиц. Носилки. Капельницы. Сраные прожекторы светящие прямо в лицо.
Все на что мне хватало сил в эти моменты, которые сейчас всплывают в голове смутными воспоминаниями, это анализировать потоки вокруг на предмет агрессии. Но бояре были слишком ошарашены произошедшим и не попытались ничего сделать, так как слишком быстро им пришлось защищать собственные жопы.
Как только я ощутил на территории присутствие таких знакомых энергетических слепков имперских агентов и гвардии, я позволил себе расслабиться и провалиться в сон.
На короткое время.
Потому что как только за меня взялись целительницы Академии, стало резко не до этого. Работали грубо и без капли осторожности. Если бы я сдох прямо в процессе, никто бы из них не расстроился.
Пусть и варварскими методами, однако они спасали мне жизнь и не могли навредить. Точно не с имперцами за спиной.