— У меня двое выживших, они не отсюда. Они очень важны. — как-то немного глупо добавил я.

— Все важны. — без эмоций ответил солдат. — Не переживайте, мы о них позаботимся.

— Постойте. Мне нужно дальше, к Хенрику Грюнеру. Где я их потом найду?

* * *

Скорее всего сегодня тут же. Мы работаем над размещением гражданскго персонала. — пожал плечами солдат, и жестом пригласил Лею и Луку следовать за собой.

— Мне нужно увидеться с командиром. — я обернулся к Луке, который испуганно смотрел на суету вокруг. — И потом я сразу вас найду. Мы все решим, вы не переживайте. Тут вас никто не обидит.

— Хорошо. — неуверенно ответил мальчик, и полез из машины наружу.

Лея тоже не выглядела спокойной. И я их понимал — я и сам уже начал немного жалеть, что настоял на их приезде сюда. Спокойнее ли сейчас в Центре, чем где-то снаружи? Безопаснее ли? Еще сутки назад я ответил бы не задумываясь, а сейчас просто не знал, как правильно…

Когда мои спутники ушли за солдатом в большую палатку, я вернулся за руль, и подъехал к двум военным, стоящим на проезде.

— Мне нужно срочно к Хенрику Грюнеру. Я только что вернулся с его задания.

Военные переглянулись, и один наклонился ко мне:

— С какого задания, и как вас зовут?

— Мне срочно нужно к Грюнеру. С каких пор к нему пускают выборочно? И что вам даст мое имя?

— С недавних пор, Андрей, с недавних. — сзади к машине неслышно подошел Антон Кнолль, и у меня вытянулось лицо, когда я на него глянул. С нашей последней встречи всего день назад Антон как будто постарел на пару лет. — Дело в том, что Хенрик ранен. Он жив, но ему плохо сейчас.

— Куда его…? Насколько серьезно?

— Пошли. Бросай машину тут, отгони только в сторону, чтобы проехать мимо можно было. Там, дальше, всё равно от машин не протолкнуться. Пешком мы дойдем быстрее и проще.

Я отогнал машину, буквально притерев ее бортом к какому-то зданию. Машина после своего первого рейда уже выглядит так, как будто она воевала с начала Катастрофы. Антон повел меня какими-то совсем уж узенькими переулками, буквально щелями между домов. Вроде и ходил я раньше в Центре пешком, и много, но этих ходов я не знал. Понимал только, что идем вглубь, в сторону штаба Грюнера, обходя его по периметру. По пути Антон вкратце рассказал, что творилось тут после новой волны излучения.

По словам Кнолля, новая — или уже нужно говорить очередная? — волна излучения, судя по всему, поразила примерно такой же процент людей, как и предыдущая. Однако, воздействие ее на ранее зараженных оказалось куда как существеннее. Тупая прямолинейная агрессия сменилась в некоторых случаях агрессией умной, расчетливой. Даже некоторые новозараженные взяли в руки оружие. Некоторые сумели им воспользоваться. Я сперва подумал, что в Хенрика выстрелили, но на самом деле на него напал только что заразившийся солдат, прямо в коридоре штаба, и в борьбе с ним они оба вылетели из окна третьего этажа, рухнув на камни мостовой. Как полагал Антон, Грюнер сумел в падении сориентироваться, и упал сверху на напавшего, который погиб от удара о камни моментально. Но даже это, в прямом смысле «смягчающее», обстоятельство, не позволило самому Грюнеру отделаться легким испугом. В кино после таких падений герой встает, отряхивается, и бежит дальше, а вот в жизни так, увы, не получается. И сейчас Хенрик лежит в местном госпитале, с несколькими переломами и сотрясением мозга как минимум средней степени тяжести.