Генри отвёл меня в угол помещения и указал на место за перегородкой:

— Располагайся. Теперь это твоё рабочее место.

— Здорово, — я принялся изучать свои владения.

— И так, — глаза Генри заблестели. — Начнём стажировку. Первое, что ты должен знать это то, что GeimWorld совершила прорыв в технологии полного погружения.

— Я заметил. Не каждый день тебя заставляют играть за крысу.

— О-о-о, это лишь верхушка айсберга. Обычное погружение позволяет управлять персонажем и видеть мир его глазами. А наше, даёт полный спектр ощущений. Запах, осязание, вкус и даже боль. Полная синхронизация нейронов мозга и программного кода, отсюда и возможность управлять чудовищами с нестандартной анатомией. GeimWorld первая компания, в которой монстров контролирует не программа, а живые люди.

— Здорово, конечно. Но зачем всё это? Я не жалуюсь, но ведь в отличие от НПС реальным людям нужно платить зарплату.

— А отсюда вытекает следующий вопрос — кто такие игровые аниматоры? Они — те, кто вдыхает жизнь в бездушный код. Как бы ни изощрялись программисты, искусственный интеллект всегда останется лишь тенью человеческой фантазии. Ведь программа оперирует лишь заданными данными, в ней нет искры, нет предпочтений.

Наши клиенты платят не за пиксели и полигоны, они покупают билет в другой мир. Полное погружение предполагает реальную опасность, осязаемый риск. Разве можно ощутить вкус победы, не познав горечь поражения, не почувствовав боль? Знаю, что ты скажешь, наши клиенты психи. Всё так, но зато у них есть деньги.

Один месяц в игре стоит сто тысяч рублей. И это цена только стартовой локации, в которой ты будешь работать. Игра в основном мире стоит в разы больше. Именно поэтому те, аниматоры, которым повезло стать частью основного мира, живут в Москве и катаются на Mercedes-Benz 300.

— Что нужно сделать, чтобы попасть в основной мир? — я сразу загорелся желанием покорить эту вершину.

— Нужно неделю продержаться в режиме босса. Но об этом позже. Давай для начала разберем саму игру и её механики. «Простор» — это классическое средневековое фэнтези. Мечи, магия, драконы. Клиенты играют за авантюристов, а мы — за монстров. Цель авантюристов… — Генри на мгновение запнулся, — У них нет цели. Вообще никакой. И в этом наша задача. Мы, своими действиями, творим сюжет, заставляем игроков исследовать «Простор» и охотиться на монстров.

— Не совсем понимаю, о чём идёт речь, — признался я.

— Сейчас попытаюсь объяснить. Всё крутится вокруг механики игры. Тебе, дают под управление монстра. Допустим волка. Что делают обычно волки?