До него было всего ничего, но я поехал шагом. Мне требовалось всё хорошенько обдумать.

Марию Борисовну я нашёл в детской.

Она сидела за низким столом, а по столешнице шагало деревянное войско. Мария Борисовна двигала солдатиков, а Тимофей руководил сражением и громко объяснял матери, что её полк встал неправильно и сейчас его побьют.

Редко я видел, чтобы она вот так водила деревянных солдатиков по столу. Сейчас передо мной сидела просто мама, которая проводила бесценное время со своим ребёнком.

Увидев меня, она отложила игрушки и сделала знак служанке. Та подхватила Тимофея вместе с его войском и увела в соседнюю комнату. Тимофей успел возмутиться… и пролепетал, что битва была в самом разгаре, а победа была у него почти в руках.

Когда дверь закрылась, Мария подошла и поцеловала меня.

— Маш, сейчас не время. Кое-что произошло.

— Вот всегда у тебя так, — проворчала она. — Ладно, рассказывай.

Я рассказал.

Пока я говорил, она молча смотрела меня и не перебивала.

— Что ты хочешь делать? — спросила она, когда я замолчал. — Ты ведь уже думал об этом?

— Думал. Полный разрыв торговых отношений с Венецией. Золото и пушки с порохом, что они купили у нас… изымаем.

— Это же воровство, — удивлённо произнесла Мария.

— Нет. Компенсация и, к слову, малая. Два года их верфи кормились нашим серебром, а взамен мы получили тридцать мертвецов. Кто кого обокрал –большой вопрос. И когда мы отпустим венецианцев с голой жопой, мы им скажем, что пока не вернёте нам тела, разговаривать о возобновлении отношений не станем.

— То есть мы только тела хотим вернуть? — удивилась Маша.

— Нет, конечно. Тела, это лишь повод снова встретиться для переговоров. А вот чем они будут с нами мириться, мы ещё подумаем. Времени на это хватит… раньше весны послы из Венеции сюда не доберутся.

— Ясно, — сказала Мария и села на лавку у окна. — Остаётся вопрос, что делать с боярами, которые потеряли своих детей.

Я кивнул. Вопрос был важный.

— Ну, для начала мы скажем им правду, что потребовали вернуть тела. Все до единого. Понять, кто из них кто, после огня вряд ли получится, поэтому пообещаем вырыть общую могилу и поставить памятник, где родные смогут оплакать погибших. Дальше… пушки. Двадцать «Рысей», ядра и порох, что мы продали венецианцам, наверняка с удовольствием купит Сулейман-бек. Продадим по второму разу. А вырученные деньги раздарим этим боярам.

— Деньги за жизнь? — тут же спросила Мария.

— Если есть другие предложения, я весь внимание.

Она думала недолго.

— Можно дать семьям земли из казны. По деревеньке на род. Земля остаётся детям и внукам, она долговечнее серебра.