Но закон подлости он и в Африке закон подлости. У лестницы мне попалась Нува с кувшином. Поклонилась и посмотрела так красноречиво, что стало понятно, она всё поняла.
— Господин хорошо отдохнул? — спросила она без единой лишней ноты.
— Прекрасно. А тебе как спалось?
— Хотелось бы также прекрасно, как и тебе, господин, — ответила она и пошла дальше, оставив меня думать, что она хотела сказать, и не было ли в её словах намёка…
В общем, я сделал вид, что не расслышал. Как бы мне не хотелось попробовать экзотики… но это уже будет перебор. Тем более, что к Нуве, кроме дружеских чувств, я ничего не испытывал.
На третий день, как я и говорил, Мария Борисовна с сыном и Ильдаром отправилась в Кремль.
Я поехал с ними, ведь на этот же день была назначена аудиенция Олельковичу. Всё уже было обговорено, взвешено и решено. Литвин, при всём том, что человеком он оказался порядочным и толковым, получит отказ. И на руку Марии Борисовны, и на всё прочее, о чём он там мечтал, глядя на неё за столом.
А вот со вторым его делом выходило интереснее.
С Хасаном я решил рискнуть.
Глава 2
Решение касательно Олелькевича было принято самое простое: свадьбе не быть. Но ведь это было не всё из-за чего он приехал. Потому, едва мы въехали в Кремль, я направился к Хасану.
— Пришёл, — сказал он. — Я считал дни, всё ждал, когда ты придёшь.
— Заждался? — с иронией сказал я. — Или жаль покидать стены, ставшие родными?
— Ха-ха-ха, очень смешно. — И, серьёзно посмотрев на меня, сказал. — Не тяни, скажи, что решил.
Я сел. Он опустился напротив, и мы помолчали, глядя друг на друга. Я убил его отца. Я убил его брата Сайида… и вот я сидел напротив третьего из этой семьи и собирался предложить ему трон.
— Ты будешь жить, — сказал я.
На лице Хасана не дрогнул ни один мускул.
— Условия.
— Условия такие. Мы отдаём тебя литовцам. Казимир думает, что покупает себе цепного хана, которого посадит на золотую цепь и натравит на братьев. И что с твоей помощью Орда разорвёт себя изнутри, тем временем Литве полегчает. Пусть так думает.
— А на деле?
— А на деле работать ты будешь на себя и на меня. Есть условия, и они тебе не понравятся. Первое, когда станешь ханом Большой Орды, начнёшь подготовку к тому, что Орда отойдёт под руку Москвы. Кочевье кончится. Тамга в московскую казну, работорговле и полону конец. Об этом мы говорили в прошлый раз, повторять не буду. Второе условие, новое. Династический брак. Старшая дочь Великой княгини станет твоей женой. Свадьба, когда девочка войдёт в возраст. — Я сделал паузу. — И когда ты сможешь обеспечить ей полную безопасность. Мне ведь, — наклонил я голову, — не стоит говорить, что я с тобой сделаю, если с головы Анастасии упадёт хоть один волос?