И сразу же вскакивает на длинных ногах, будто на рычагах, зарядив Илаю неровным краем щита снизу в подбородок. Илая откидывает назад, он, как большое дерево, рушится на спину. Бьется затылком о чьи-то кости, треща ими и нещадно ругаясь. Пытается сесть.
Мимо нас проскакивают Виктория с Рио, первая размахивает коротким клинком, второй орудует нунчаками. Удар! Удар! Удар! Лязгают клинки. У Виктории оружие вылетает из руки, но зато и ракшас едва не падает, ржавая сабля хрустит, будто вот-вот сломается.
Стержень нунчака врезается в черную голову сбоку. Рио танцует и дергается, его оружие становится облаком тусклых взблесков, наполнивших воздух, сейчас он завалит врага. Но тут ракшас, сделав какое-то особое, неуловимо-странное движение, бьет китайца заостренным роговым подбородком снизу вверх — в лицо. Рио кричит от боли, схватившись за голову, отшатывается.
— Разойдись! — ору я Виктории и успевшему вскочить Илаю, бросаюсь вперед.
Что-то в моем голосе заставляет их мгновенно послушаться — они отпрыгивают в разные стороны, освободив мне проход прямиком к ракшасу. Тот уже изрядно поврежден нашей совместной атакой, он пытается закрыться щитом, но безуспешно.
Потому что впервые у меня проходит комбо.
Маятник хаоса, Хитрый трюк, а затем повторныйТройной таран перетекают один в другой, сливаются, превращаясь в нечто общее. Я танцую, мое тело поет песню разрушения и смерти. Теперь, наученный опытом, я не используюдеформу , к тому же ее почти нет в хранилище — вместо нее наполняюТройной таран энергией моегоЯдра .
Внимание, Ник! Ты создал уникальную комбинированную кату: «Сокрушение тьмы»!
Последовательность движений занесена в базу приемов (Второй Уровень Канона).
Первый мой комбо! Ката — и сразу тройная!
Прогресс трансформации: +2 %.
Интеллект: +4 %
Сила: +3,5 %.
— Бли-ин, чува-ак… — тянет рядом Илай растерянно. — Ты что, его взорвал?
Глава 4. Долли
Взорвал — не взорвал, а от членистоногого парня мало что осталось. К тому же мой удар вбил один из острых лучей щита ему в шею, едва не отрубив голову, а потом ракшаса еще и шмякнуло о сталагмит позади, так что он теперь напоминает что угодно, но не живое существо.
На цыпочках пятимся, переглядываясь.Шлеп-шлеп-шлеп — капли звучат, как босые ноги, бегущие по мокрому полу. Сердце частит, кровь набатом отдает в висках.
Мы сворачиваем, еще раз сворачиваем. В узком коридоре, метра два в ширину, останавливаемся, чтобы отдышаться и успокоиться.
— Кто это был? — шепчет Хелен. — Это же какой-то демон. Нам с Борей в детстве бабка про таких рассказывала, когда не слушались.