Глава 47.
И эта сумасшедшая в самом деле начинает опускаться передо мной на колени.
— Ты что творишь?! Прекрати! — за руку вверх ее дергаю. — Ты, похоже, вообще ничего не знаешь и не понимаешь. Каким это образом я препятствую вашим отношениям? Это он держится за этот брак. Пускай признает сына, спит с тобой, живет с вами, воспитывает сына... Мне до лампочки!
— Я хочу за него замуж.
Ухмыляюсь.
Ну разумеется…
Она хочет всего: замуж, дом, деньги.
И я почему-то виновата, что у нее этого нет.
— Естественное желание для женщина в твоем возрасте, но я ничем не могу помочь.
— Я не верю, что ты хочешь развод.
— Не верь. Мне все равно.
— Мой сын страдает. Он уже пять лет так живет, не понимая, почему его отец постоянно уходит. Что из него вырастит, если так и будет продолжаться?..
— Очень жаль, — хмыкаю. — Но ты с этим к Константину обращайся. Я готова развестись с ним хоть завтра. Но мой муж пожелал тормозить этот процесс. А твои претензии…— осматриваю девицу с ног до головы, — я вообще не обязана сейчас с тобой разговаривать. Я впустила тебя из любопытства.
— А может ты просто хотела показать мне, как ты шикарно живешь? Чтобы я завидовала?
— Я не мыслю, как ты.
— Ну конечно… Говорит принцесса, у которой есть все, которая ездит на машине люкс-класса, у которой есть бизнес, благодаря мужу.
Она его не любит. Ей просто посчастливилось зацепить его на пару ночей, залететь, и теперь она хочет получить все и сразу.
Странно, что она второй раз не забеременела. Как знать, может Костя сказал мне правду, и ничего у них с того раза нет.
— Ну так ты скажи это все Константину. Расскажи какая я никчемная. Может, он задумается.
— Ты не никчемная. Ты просто пустышка. И ты правильно делаешь, что уже не надеешься на беременность. Тут дело не в Косте. А в тебе. Если бы не наш сын, то он давно бы тебя бросил. А так он отчасти уже реализовал свой отцовский инстинкт, потому и смог с тобой еще столько лет прожить.
Ну все, хватит.
— Тебе уже пора, Марина.
— Ну да, ты не хочешь этого слышать. Но ты наверняка пару раз в неделю обсуждаешь все это с психологом.
— Напоминаю: дверь вон там, — указываю рукой, — на случай, если ты заблудилась в моем роскошном доме.
Сжав губы в тонкую линию, наглая девица хмыкает, разворачивается, взмахивая своей густой шевелюрой, и быстро двигается на выход.
Значит, она и его мамочка приняли меры, а он взял и сделал, что им нужно.
Это так непохоже на него…
Скорее всего он сам принял решение признать своего ребенка.
И это правильно.
Давно стоило это сделать.
С крыльца я взглядом провожаю Марину, которая садится в свой беленький седан.