— Серьезно больных нет. Кто не мог достаточно быстро бегать тот еще на вокзале в зубах нежити оказался, она ведь потом еще долго разбегающийся народ преследовала, не желая отставать. — Лейтенант, в чьих глазах прорезался стыд пополам с какой-то черной тоской, налил себе еще один стакан водки и выпил его одним махом. — Черт, что-то расклеился я. Ладно, иди к автобусу, сейчас поставлю задачу одному ефрейтору, который посообразительнее прочих моих остолопов будет, да и помощников вам подберу из числа мужиков, у которых машины побольше.

Несмотря на все усилия лейтента, дело двигалось крайне медленно. Не то некоторый запас продуктов у людей все еще оставался, не то страх перед улицами, заполненными разнообразными тварями, у большинства из них пока еще превалировал над голодом. В конце-концов, человек без может прожить достаточно долго, а вот без головы, которую ему откусит какое-нибудь иномировое чудо-юдо, скончается в момент!

— Семен! — Раздался у меня прямо над ухом оглушительный женский вопль, полный радости. Рука сама дернулась к висящему на груди автомату, но оружие-то стояло на предохранителе, а вот перстень — нет! К счастью, конвульсивного движения оказалось недостаточно, чтобы порезаться его шипами для контакта с кровью, да и вообще спустя пару секунд мозг идентифицировал обладательницу громкого голоса, несмотря на то, что лицо её было замотано шарфом. Впрочем, этот кусок шерстяной ткани с Гули немедленно сполз, когда она кинулась мне на грудь, обнимая с силой, которую сложно было ожидать от хрупких женских ручек. — Это и правда ты⁈ Ты живой⁈

— Я тоже рад тебя видеть, красавица, — решив воспользоваться моментом, я склонился к лицу девушки поближе и жадно её поцеловал. Причем она ни капли не возражала! Вернуться к окружающему миру мы удосужились только секунд через тридцать, да и то исключительно потому, что место для обнимашек выбрали не очень удачно, встав прямо на проходе. — Шея как?

— Болит, — пожаловалась девушка, на щеках которой выступил румянец. И, как мне кажется, отнюдь не от холода. — Но это не из-за жука, просто мне её в палатке на вокзале продуло…

— Семен, а это что за девка? — В голосе Ани, выбравшейся из автобуса с крайне недовольным выражением лица, мороза было больше, чем в окружающем воздухе.

— А вы, простите, сами-то кто? — Почуяв возможную соперницу, Гуля тут же взяла меня под ручку с непринужденно-собственническим видом. Как уж ей удалось выражением своего симпатичного личика передать сразу обе эти эмоции — тайна сие великая есть, доступная только представительницам прекрасного пола.