В том, что говорил сейчас Бор для Ули не было ничего нового. Эта проблема стоит уже давно, и если раньше они решали её массовыми облавами и отправкой пойманной черни или на стройки или в армию, то сейчас с этим стало проблемно — основную массу на что-то годных людей они уже вычерпали, а остались или малолетки, или, как выразился Бор, задохлики.
— Помнишь, как мой брат говорит? Я не поп, чтобы твои жалобы выслушивать — давай конкретные предложения.
Напомнив слова Олега, она притянула к себе тарелку с орехами, вазочку с мёдом и приготовилась слушать главного коменданта. А тот чего-то мялся и налегал на закуски. Пока не получил ощутимый толчок в бок от Торма.
— Кхм, я вот, что подумал, — наконец начал говорить Бор, — Может, учитывая сложившиеся обстоятельства, временно, так сказать, на особый период, вернуть смертную казнь и за преступления, не связанные с убийствами или насилием? Не надо прежних показательных пыток, а хотя бы простое повешение. Это бы…
— Не обсуждается, — прервала его Уля, — То, что установил Олег, только он имеет право отменить. Это моё решение, и оно тоже не обсуждается.
В этот момент в дверь, постучав, робко заглянул её секретарь. Такое вторжение во время аудиенции было возможным только в экстренных случаях.
— Что случилось? — спросила герцогиня.
— Прибыл гонец, госпожа, с целым сундуком писем и указаний от господина регента.
— Так, — Уля посмотрела на генералов, — Нашу беседу придётся отложить. Подождёте, пока я ознакомлюсь с корреспонденцией или придёте завтра?
— Конечно, подождём.
У генералов на этот счёт было единое мнение. Ещё бы. Их теперь любопытство гложет.
Герцогиня поднялась и попросила на время оставить её в кабинете одну.
— Пусть несут сюда, — нетерпеливо скомандовала она секретарю.
Глава 27
Пока Уля разбирала бумаги, которые гонец привёз от Олега, девушки догадались организовать горячий ужин и для неё и для её гостей.
— Давайте, сначала поедим по-нормальному, а потом я передам вам распоряжения Олега, — она показала на край своего рабочего стола, куда отложила бумаги. Отдельно, предназначенные для одного, и отдельно — для другого.
— А вкратце, пока мы не умерли от любопытства, сказать можешь? — спросил Торм, отклонившись немного от стола, чтобы Мона могла поставить перед ним блюдо с кусками жаренного с овощами цыплёнка, — А то, я чувствую, мы тут долго можем угощаться, — он одобрительно оглядел обновлённый стол.
— И вкратце, и подробней могу, — согласилась Уля, — Впрочем, я думаю, в части вас касающейся, он сам вам всё описал подробно. Прочтёте потом, я в ваши письма не заглядывала. Вернее, написал Клейн под его диктовку. Красивый почерк нашего министра двора ни с чьим не спутаешь.