Непрогнозируемые риски чрезмерно велики, даже само их количество невозможно предсказать. Потому я и доверяю интуиции. Она — мощнейший инструмент, дарованный людям. Грешно и неразумно его игнорировать.
Хотя, стоит сделать оговорку. Интуиция работает только с той информацией, которая уже прошла через органы чувств. То есть если у тебя нет опыта, то она тебе особо не поможет. А уж чего-чего, но опыта у меня хоть отбавляй.
Именно поэтому я твёрдо решил, что мы попадём на этот долбанный поезд. Всё или ничего…
Глава 27
Кое-как мне всё же удалось побороть вращение, сведя нашу траекторию движения к попеременному скольжению то на левое крыло, то на правое. Сам по себе такой манёвр обычно применяется для сбрасывания скорости перед снижением, например, при невозможности уйти на второй круг. Однако в нашем случае это было меньшее из двух зол.
И если по изначальному плану у нас должен был остаться запас по времени и высоте, которого должно было хватить на три-четыре минуты, то сейчас вопрос стоял ребром. Мы либо дотянем до вокзала, либо рухнем где-то поблизости.
Сэн уже перестала выказывать страх, она попросту смирилась с неизбежным, пока я как умалишённый орудовал рулями направления. Сложнее всего было следить за ориентирами, чтобы не промазать мимо вокзала. Благо он занимал довольно большую площадь у подножья горы.
Мы всё спускались и спускались, когда неожиданно услышали гудок поезда. До него ещё далековато, но он уже начал двигаться. С одной стороны, это отличная новость, так как стук колёс заглушит звук нашего приземления. А с другой, мы могли банально не успеть на него. А второго ждать минут тридцать, а то и больше. Сделать это в особо охраняемой зоне практически невозможно.
Раз состав тронулся, я слегка скорректировал направление и полетел в то место, где начинался тоннель. И чем ближе мы подбирались, тем громче стучали колёса поезда. Других громких звуков ночью практически не было, и даже с учётом шума от набегающего воздушного потока, я всё равно мог различить этот характерный металлический стук.
Видимость здесь была ещё ниже, чем во внутреннем радиусе. По ощущениям, где-то сто метров, не больше. Смог оказался настолько плотным, что мне едва удалось рассмотреть прожекторы, установленные по периметру вокзала. А ведь на дворе ночь.
— Вон он! — воскликнула Сэн, указывая на медленно движущийся поезд.
— Не кричи ты так! — пшикнул я и начал набирать высоту, снижая скорость. — Готовь зелье. Пить только по моей команде!
— Хорошо, — она взяла у руки флакон.
— Мы слишком рано… Придётся сделать круг, — наш побитый планер начал медленно разворачиваться, пропуская поезд вперёд и позволяя тому набрать приемлемую скорость.