Глава 9 Табак жить не дает
Александр Николаевич Шелепин непонимающе смотрел на книжку в мягком переплете, и называлась она «Время Революций». Да, вот так именно и называлась, и «Революций» была написана с большой буквы.
— Ну и что это за книга? — Спросил он у своего помощника, Андрея Костромского.
— С первого взгляда ничего особенного, фантастика, как наш современник провалился в иной мир, вроде как в мир будущего. Но если отбросить всю шелуху, которую написал автор, то это будущее СССР, где-то девяностый год.
— Хм, и что же там нам мог поведать автор сей поделки?
— Так в том-то и дело, что по существу это пошаговая стратегия по развалу страны, — доложил помощник.
— Что? И это разрешили печатать? — Сразу вскипел Александр Николаевич.
— Подождите, — поднял руки помощник, как бы стараясь отгородиться от гнева Шелепина, — это не так всё явно происходит, просто описана история страны похожей по устройству на СССР. Да не одной страны, а сразу трёх осколков, которые образовались в результате распада большой страны во главе с партией Благоденствия.
— Партия благоденствия… это КПСС что ли?
— Ну, так-то да, описана структура именно КПСС, с периода её становления, также в начале организации партии стояла газета «Справедливость», потом там были её руководители и главный среди них был Крепин. Потом на Крепина было организовано покушение, и в лидеры партии был выдвинут Железнов…
— Ленин и Сталин! — В конце концов, стал вникать в политику Шелепин. — А дальше?
— Потом Железнов умер, вроде как не своей смертью, а в результате партийного заговора, и к власти пришёл триумвират.
— Ну да, если посмотреть изменения в политике СССР, то с большой натяжкой допустить такое можно, — кивнул руководитель партии.
— Но об этом говорится как бы вскользь, в результате знакомства главного героя с историей страны. Но вот с семидесятого года начинается описание нашего хозяйства, и начинается оно без прикрас, как есть на самом деле.
— А что, у нас есть еще какие-то толкования развития нашей страны? — Поинтересовался Шелепин, его этот роман заинтересовал.
— Да, есть, — кивнул Андрей, — это результаты обследования нашего партийного института в шестьдесят втором году.
— Ну да, — поморщился Александр Николаевич, он уже давно читал выводы к которым пришли товарищи возглавляющие этот институт, и там выводы были сделаны можно сказать ошеломляющие.
Полное разложение партии к двухтысячному году, но это же не восьмидесятые годы, есть ещё время всё повернуть в свою сторону. Или нет, потому, что после этого вывода все эти товарищи, которые пришли к таким результатам были выведены из института и переведены на другие работы. Оставшиеся товарищи уже не рискуют демонстрировать столь радикальные взгляды на партию. Может быть и зря, их работы тогда наделали много шума в руководстве КПСС, вон даже помощник знает о таком, хотя не должен этого знать из-за секретности того доклада, но не об этом сейчас идёт речь.