— Так получается, нам нет смысла производить IBM System/370 в любой конфигурации, — сделал далеко идущий вывод Кэри.

— Да, именно это я и хотел сказать, — кивнул Опель, — сегодня компьютерная гонка переместилась на малые машины, недокомпьютеры как их здесь успели окрестить.

— Тогда тем более, — Тейлор вновь бахнул кулаком по столу, — нам требуется догнать Советы. Не дело это когда мы вынуждены отгораживаться от них пошлинами, отдавая всю Европу на съедение коммунистам.

— Это не так просто, — пришлось снова морщиться Джону, — мы купили для этого Intel и их инженеры сегодня разрабатывают процессор. Нельзя сказать, что ничего у них не получается, они приступили к проектированию двадцати четырёх разрядного процессора, но с той системой команд, которая у нас на IBM7200. Переход на совместимую систему команд с процессором из советов, это лишние два — три месяца работы.

— Хорошо, — успокоился президент корпорации, — но в том-то и дело, что мы не можем воевать с компьютерами из России, они уже и так заполонили всю Европу, и тут волей, не волей, нам необходимо делать их совместимыми с советскими. Да, когда-нибудь мы сможем позволить себе проектировать собственные процессоры, но пока это невозможно. И кстати, как нам стало известно, DEC уже анонсировала такой процессор.

— Да, анонсировала, — скрипнул зубами Опель, — и в этом они видят своё преимущество, может мы пока возьмём процессор у них?

— Хм, а это дельная мысль, — задумались все на совещании, в конце концов, когда ещё будет готов собственный процессор, а тут вот он, готовенький.

— Хорошо, тогда проведём с ними переговоры, — подвёл промежуточный итог совещания Тейлор, — но сегодня у нас ещё на осуждении два вопроса, память и диски. Что можно сказать по дискам, когда мы догоним советы по плотности записи? Слушаем тебя, Джозеф.

Хелминский лениво пожевал губами и сходу бахнул:

— Никогда.

— То есть? — Удивлённо проговорил Кэри. — Ты хочешь сказать, что мы несмотря на все затраты так и останемся плестись в тени Советов?

— Да, скорее всего так и будет, — кивнул Джозеф, — мы пока даже приблизительно не можем понять каким образом они добились такой плотности записи. Вроде бы всё есть, и их диски, и контроллеры, а ничего не получается, на сегодняшний день мы достигли сорока мегабайт на один диск и на этом всё, все идеи исчерпаны. Пока нам удаётся наращивать объём хранимых данных за счёт пакета, но это тупик, двести мегабайт это предел, которые русским на один зуб.

— Зуб, который они пока не превысили, — заметил Кэри, так что нечего поддаваться панике и надо работать.