— Процессор изготовлен на экспериментальном оборудовании, из двух сотен пластин живыми получились четырнадцать, они хоть как-то работают, из них только две могут работать без сбоев.

— Понятно, — отмахнулся Опель, — главное, что вообще что-то получилось. Давайте их на тестирование, посмотрим что получилось. И кстати, готовьте материалы в полном объеме, на модернизацию производства, насколько я понял, достигнута новая плотность элементов.

— Да, плотность элементов у Советов совершенно невозможная, наше производство пока не готово к такому.

Тестирование созданных процессоров прошло успешно, и они даже работали на частоте двадцати пяти мегагерц. Поднять частоту работы процессора до стандартов СССР не получалось, в чём была причина не разбирались, так как процессоры были экспериментальными и создавались на пределе оборудования.

— И так, что можно сказать о процессоре из советов, — докладывал Стивен Грэм, начальник лаборатории, — в нем объединены процессор и сопроцессор, что пока у нас невозможно, из-за этого скорость вычислений возросла в два с половиной раза. Более того, АЛУ у них работает на несколько иных принципах, что опять же идёт плюсом к скорости вычислений…

В общем, вопросов к работе советского процессора было много и далеко не на все смогли ответить, работает, а как работает, загадка.

— Понятно, — Опель задумался, с одной стороны налицо прогресс, с другой этот прогресс еще надо расшифровать и понять, что далеко не просто.

Но в производство такой процессор пускать нельзя, не своё, а взять отдельные его элементы в разработку своего не получается, непонятно как это всё работает.

— И вообще, — тихо ругнулся Опель, — сколько сил и средств затрачено на этот процессор из советов, а толку нет.

— Почему это вдруг нет? — Тейлор Кэри, президент корпорации, в удивлении смотрел на Джона, когда тот ему доложил о результатах обследования, — какое дело нам до того как оно работает, главное, что мы получили продукт такой же как в Советах.

— Не такой же, — запротестовал вице-президент, — мы не смогли поднять частоту его работы.

— Всё одно она даже на экспериментальных образцах выше нашей, так что запускаем в производство.

— Но это же неправильно, — снова попытался достучаться до руководства Опель, — нам сначала требуется понять принцип работы их процессора.

— Зачем? — Набычился Тейлор, — нам главное, что он работает и работает без сбоев. И самое интересное, что работает минимум в три раза быстрее нашего образца. Это ли не причина того, что стоит его производить.

— Но это же советский процессор, — выдвинул последний аргумент вице-президент, — мы его просто украли, достаточно будет его вскрыть, чтобы это обнаружить.