Главное начать, а там дальше война план покажет, и так в первом откровении мы будем описывать общество справедливости, мол, существовала большая страна, в которой была декларирована справедливость для всех. Но некоторые товарищи, которые должны были следить за исполнением этой декларации, отказались от этой идеи и решили, что пожить для себя будет не слишком накладно для такой большой страны, поэтому… А что, сюжет вырисовывается не такой уж и плохой, всё решено напишу, но тут «железяка» вдруг взбрыкнула:

— Нельзя писать о том, что будет, — выдала она мне откровение, — это опасно тем, что ты станешь пророком, а пророков в этой стране не любят. И могут решить, что все начинают жить по той книге, которую ты пишешь.

Вот это да, а об этом я и не подумал, пока я неизвестен, могу писать обо всём, что думаю, и никому, кроме Союза писателей до этого не будет дела. Да, издавать откровенную муть могут и запретить, но объехать это можно легко, сейчас есть заказная литература, то есть литература, изданная за свои деньги, но много ли такой литературы можно издать? А потом, когда всё события, описанные в этой книге начнут с пугающей точностью повторяться, ведь найдутся дураки и наедут. А это означает то, что нужен товарищ, который и примет на себя весь тот негатив, который свалится на бедного писателя потом. И кто решится так рискнуть? Тут нужен человек достаточно рисковый, готовый подставить свое плечо за малую денежку. И где такого взять?

Многие скажут, да мало ли таких идиотов, и тут я не соглашусь, идиотов, может быть и не мало, и многие хотели бы играть в пророка, но вот найти среди них таких, кто потом меня не сдаст, это уже задача задач. Ха, а не пойти ли мне к Кузьме Аркадьевичу, этот пенсионер много крови мне в свое время попортил, всё искал криминал в моих схемах, даже свое следствие проводил. Все время ворчал, что нынешняя молодежь только воровать и умеет. Только убедившись, что ничего криминального у меня нет, отстал. Сейчас он съехал в Москву, там живёт, ибо там у него родственники, а здесь, в Зеленограде у него была лишь комната, которую он, кстати говоря, сдал в фонд жилья, чем очень гордился. Но сдать просто так он её был вынужден, ибо дураков обменять Москву на Зеленоград не нашлось, так и досталась его комната соседям, на расширение. Вот пусть он и будет пророком, ему эта роль не надоест, так как всё человеческое ему не чуждо, хотя старик себе на уме, наверняка захочет внести свою лепту в незнакомый труд. Теперь надо убедить его «заняться издательской деятельностью», а проще говоря, ничего не делать, не реагировать, так сказать, на внешние раздражители.