Оставив Сеньку в покое, поднялся на второй этаж. Вошел в кабинет.

Татьяна Петровна сидела в кресле у окна. На подоконнике перед ней лежала книга, которую графиня, судя по всему, не читала уже давно. Призрачная женщина смотрела в окно, вглядываясь в ночную темноту.

— Хороший выдался вечер, — произнесла она, как только заметила мое появление.

— Финал вышел особенно душевным, — согласился я и сел в кресло рядом с Татьяной Петровной. — А вот день…

Графиня повернулась ко мне, с интересом ожидая истории. И я вкратце рассказал про посещение одержимого, которого пришлось изгнать.

Несколько секунд мы молчали. За окном шумел ветер, постукивая по стеклу ветками.

— Вы умеете находить приключения, — произнесла графиня после паузы. — Только недавно приехали в город и уже успели познакомиться с одержимым, попасть на закрытый аукцион и связаться с коллекцией проклятых предметов. Кстати, о вещах.

Она ненадолго замолчала, а затем продолжила:

— Зачем вам эта пепельница?

— Хочу снять проклятье, — просто ответил я. — Но пока я не узнаю причины и человека, который его наложил, сделать я это вряд ли смогу. Слишком уж оно колючее, резкое. Не подступиться.

Татьяна Петровна чуть нахмурилась, а я продолжил:

— Плюс ко всему нужно понять спусковой крючок, который это проклятье запускает.

— Разумно, — произнесла Татьяна Петровна.

— К тому же, — добавил я, — пепельница сейчас не сможет никому навредить.

Графиня посмотрела на меня долгим, оценивающим взглядом.

— Хорошо, — произнесла она, наконец. — Но не затягивайте. Эта вещица веет темной энергией отчаянья и ненависти. Нехорошо держать такое в доме.

— Учту.

Она повернулась к окну, взяла книгу, распахнула ее взмахом руки на нужной странице и принялась читать. Я же отметил, что навыки призрака сильно выросли. Взаимодействие с предметами стало даваться графине легко и непринужденно. Это поражало и даже чуть-чуть пугало. Я поднялся с кресла и направился в свою комнату. Уже у двери остановился. Обернулся:

— Спокойной ночи, Татьяна Петровна.

— Спокойной, — не отрываясь от своего занятия, ответила она.

Я покинул кабинет и вошел в спальню. Закрыл за собой дверь, снял пиджак и повесил на спинку кресла и лег в кровать. И почти сразу же провалился в сон.

Проснулся же от настойчивого звонка будильника. Нащупал лежавший на прикроватном столике телефон, выключил сигнал и вздохнул. Некоторое время просто лежал, глядя в потолок, размышляя о том, как много произошло в столь короткий срок. Настолько, что ни тело, ни мозг не успевали адаптироваться к переменам. А ведь совсем недавно я покинул стены семинарии, думаю, что меня ждет лишь скучная рутинная реставрационная работа.