— Как будто дом старый, — осматриваясь по сторонам, заключил Николай. — И уже давно нежилой.

— Куда дальше? — уточнил я у стажера.

— Туда, — ответил Валентин, указывая вглубь коридора.

Комната, в которой хранилась коллекция, оказалась в самом конце, за тяжелой дверью с медной ручкой в форме свернувшейся змеи. Приглядевшись к ней, я заметил, что голова змеи была повёрнута в сторону входящих. Словно проверяла, с какими намерениями прибыл человек. Деталь небольшая. Но неприятная. В такой штуке вполне могло быть спрятано защитное заклинание, оберегающее явно дорогостоящую коллекцию от воров.

— Мило, — пробормотал Николай и открыл створку. Шагнул в темное помещение. Нащупал на стене выключатель, щелкнул им, и под потолком загорелась желтоватая люстра. Я медленно вошел и остановился.

Комната была просторной. Вдоль стен стояли высокие застекленные шкафы, за дверцами которых хранились самые разнообразные вещи: стопки книг в кожаных переплетах, бронзовые подсвечники, коллекция кофейных чашек с позолоченной каймой, миниатюрные портреты в овальных рамках. В центре на широком столе под стеклом лежали монеты и разные медальоны. Евгения Марковна явно любила порядок.

— Выражение «все по полочкам» заиграло новыми красками, — пробормотал я, медленно прохаживаясь вдоль шкафов.

Подсознательно я ожидал знакомого липкого давления, которое выдавало одержимые предметы. Но… в комнате не было ничего подобного. Диковинки молчали. Здесь хранились дорогие, но вполне обычные старинные вещи. Хорошие, с историей, но без тени проклятья. Я прошел весь круг, вернулся к двери.

— Ну? — негромко спросил Николай. — Нашел чего?

Я усмехнулся:

— Пока только осмотрелся. Вы можете составлять опись предметов. На случай если потом что-то пропадет. Я же займусь своим делом. И если найду что-то поддельное — обязательно сообщу.

Николай бросил на меня быстрый взгляд, но ничего не сказал. Достал из внутреннего кармана блокнот, раскрыл его и, вооружившись ручкой, обернулся к стоявшей в дверях старшему лейтенанту:

— Командуйте, Александра.

«Александра, значит, — подумал я с усмешкой. — Выходит, девушка у нас Саша, а стажер — Валя. Интересное распределение ролей».

Девушка, деловито осматриваясь, прошла в комнату, и работа закипела. Я же отошел в угол, чтобы не мешать жандармам, активировал плетение «ясновидения». Сузил радиус действия на нужные мне объекты, и применил способность.

Все вещицы в комнате засветились, переливаясь теплым оттенком. Значит, коллекционные экспонаты были оригинальными. Подделки горели бы разными оттенками. Потому что при ее создании мастер пытался копировать чужое детище, в таких ситуациях почти всегда остается неоднородный энергетический фон. Каждый, кто подделывает реликвии, душит в себе зерно творца, подгоняя свою созидательную силу под чужие рамки.