— Святые небеса! — прокричал я во всю глотку и зарычал от досады.

Одержимый удрал, и это было не просто плохо. Это была самая настоящая катастрофа! Если тень князя запределья окрепнет, если найдет способ воссоединиться с владыкой…

Проклятье! Да эта тварь и сама по себе может устроить в городе кровавую резню! А потом она придет за мной…

Рядом с развалинами обнаружилась пятерка лошадей с замотанными мешковиной подковами, но я не стал горячиться и вернулся в подвал, дабы замести следы. Свечи по-прежнему горели; в их мерцании я присмотрелся к растерзанной колдунье, и ее подбородок, бледные губы и усыпанная веснушками шея показались смутно знакомыми. Да к тому же растрепанная копна рыжих волос…

Фрея, компаньонка графини Меллен! Пусть в прошлый раз лицо девушки и скрывала полумаска, но это точно она! Ошибки быть не могло!

В оторванной руке был зажат амулет; я высвободил его из тоненьких пальчиков и сразу ощутил давление поискового заклинания.

Так вот как людям графини удалось выследить меня в прошлый раз в Нистадде, вот что привело их сейчас сюда! Но неужели я не заметил вонзенного в эфирное тело крючочка⁈ Быть такого не может!

И действительно — поисковое заклинание потянуло куда-то дальше, прямо к опустевшей колдовской схеме, а там заметалось от свечи к свече.

Ангелы небесные! Я ведь замешал в их воск сточенный амулет магистра Кирга! Вспомнилось, как погладили заколку холеные пальцы графини Меллен, и все сразу встало на свои места. Амулет предназначался для отслеживания моего местонахождения, и взломать его не составило никакого труда.

Идиот! Какой же я идиот! Так подставиться! А если мои передвижения отслеживала не только Фрея⁈

Выругавшись, я собрал все, что могло послужить уликами против меня, а остатками краски вымазал пальцы Фреи, не забыв и о ее оторванной руке. Заодно приподнял изуродованное тело и обмотал вокруг покойницы веревку с мерными узлами.

После сложил в углу приготовленные заранее деревяшки, щедро плеснул на них маслом из фонаря и запалил костерок. Сначала в огонь отправились записи и расчеты, затем все до единого огарки свечей и прочий мусор, который мог навести на мой след.

Под конец я кинул в беспрестанно менявшее цвет пламя отмеренные в должных пропорциях травы, и подвал заполонил густой едкий дым. Очень быстро он расслоился, смешался с небесным эфиром, заставил незримую стихию отторгнуть от себя проникшую в наш мир энергию запределья.

Но даже так помещение оставалось оскверненным, и я взял последний из листков. Ничего предосудительного на нем не было — всего лишь молитвенная формула, специально подобранная для зачистки следов, ее и прочитал.