— Надо прорываться! — объявил Микаэль.
Я взял стул, размахнулся и высадил им оконное стекло. Загудел ветер, в коридоре ему откликнулось пламя, комнату моментально заполонил едкий дым.
— Сюда! — позвал я маэстро и первым взобрался на подоконник.
Микаэль явственно заколебался и все же присоединился ко мне.
— Что дальше? Полетим как вольные птахи? Сразу на небеса?
— Немного ниже.
— Одним лишь птицам дано летать, людям о небе не стоит мечтать! — выдал маэстро Салазар.
Я лишь отмахнулся, вытянул из-за пояса магический жезл и принялся плести тонкую волшбу, изменяя и сгущая эфирное поле, а стоило тому в достаточной степени уплотниться, просто шагнул вниз.
— Вот осел! — донесся выкрик Микаэля, и тут же стремительное падение замедлилось, мягкая пелена подхватила меня и толкнула вверх, силясь превозмочь один из основополагающих законов мироздания. Не переборола и вместе с тем позволила не переломать ноги при падении с третьего этажа на мостовую.
— Быстрее! — поторопил я маэстро Салазара, отбегая в сторону.
Микаэль собрался с решимостью, громогласно выругался и шагнул из окна. Заклинание к этому времени успело истончиться; приземление Микаэля вышло далеко не столь грациозным, как мое. Пару мгновений он лежал на брусчатке, собираясь с силами, затем поднялся и выразительно посмотрел на жезл в моей руке.
— Мы еще поговорим об этом, Филипп!
Я пристально глянул в ответ и кивнул. Серьезного разговора и в самом деле было никак не избежать.
Часть вторая: Официал. Глава 3
1
Уве и Марту мы отыскали в той самой подворотне, где и велели дожидаться нашего возвращения. Точнее, отыскали там моего слугу. Он стоял в темном углу с приведенным к бою мушкетом и при нашем появлении с нескрываемым облегчением перевел дух и вытер покрытое мелкими бисеринками пота лицо.
— Тут такое, магистр… Тут такое! — зачастил Уве от избытка чувств, возвращая мне оружие.
— А где… — начал было я, и лишь тогда Марта шевельнулась, позволяя стечь с себя укрывшим ее теням.
Морок был наведен столь искусно, что до того момента я и не подозревал о присутствии девчонки, пусть и стоял всего в паре шагов от нее. Суеверное сознание ведьмы извратило заурядные чары до полной неузнаваемости, но даже так в их основе ощущалась некоторая академическая упорядоченность.
— Смутьяны подожгли миссию! — горячился Уве. — А вас все нет и нет! Я думал бежать на выручку, а там как полыхнет! Они же все сгорят! Просто сгорят!
— Не осталось там живых, — с безжалостной категоричностью заявил маэстро Салазар. — Рассказывай, что здесь творилось!
Паренек захлопал глазами, потом взъерошил и без того растрепанные волосы и неуверенно произнес: