Я не постеснялся пожать княжичу руку и произнес:
— Мы отомстим не только за вашего родственника, княжич. Также смерть Порфирия Валентиновича не останется безнаказанной. Это я могу вам обещать!
— Благодарю вас, царевич, — пожал мою руку в ответ Курбский. — Я всегда в вашем распоряжении. Если вы снова соберетесь топтать Ночных Ножей, то обращайтесь.
Я усмехнулся в ответ:
— Не понимаю, о чем это вы…
— Да так, привиделось чего-то, — покачал он головой. — Нынче ночью сгорело поместье одного преступника, так мне почему-то подумалось, что вы тут как-то могли быть замешаны.
— Вы ошибаетесь, княжич. Я крепко спал и ничего подобного не знаю.
— Простите, царевич, привиделось… — загадочно улыбнулся княжич. — Но я свои слова о своём распоряжении никогда не заберу.
— Я всегда буду держать это в голове, — ответил я.
Девушки пытались скрыть покраснение глаз, но у многих зрачки поблескивали. У кого-то в этом бою пострадали родные, кто-то переживал за количество убитых, кто-то страшился будущего. Парни крепились, но сурово сдвинутые челюсти говорили о том, что эмоции внутри гуляли нешуточные.
На уроке «Предсказания и пророчества» самый первый вопрос звучал так:
— Что будет дальше?
Бледная Марина Алексеевна попросила всех сесть. Мы кое-как расселись по местам, а после этого она произнесла:
— Для многих провидцев сейчас будущее скрыто под туманом неопределённости. Этот туман сможет развеять только сильная личность. Или же не развеет, и тогда туман обернется мраком. Мраком для всей Руси.
— Но что это значит? — не выдержал Романов. — Что вы хотите сказать?
— Я сказала только то, что хотела. Никто сейчас не сможет предсказать точное будущее. Нам остается уповать только на чудо и на то, что всё обернётся лучшим образом, — со вздохом ответила преподавательница.
Глава 26
Целую неделю мне пришлось выхаживать оболванненых товарищей. Я и подумать не мог, что наша «гостья», которой мы так любезно предоставили свою помощь и свой кров, намешает в любовный напиток черте что! И ведь такие редкие ингредиенты попались…
Хорошо ещё, что осталась кружка, с которой госпожа Мамонова пришла ко мне на разговор. Только по оставшимся тонким ароматам и тому, что удалось снять со стенок, я кое-как смог установить состав. Я уловил кошачьи волоски, капли полуночного дождя, листья белой кинзы, аир болотный, молочай, зверобой, дурман-трава и сок борщевика. Всё это маскировалось каплями вытяжки сирени. Что-то было ещё, но мне кажется, что основные ингредиенты я выяснил.
На каждый яд найдётся своё противоядие, вот и на это зелье я подобрал нужную смесь. Чтобы прояснить голову и очистить мозг от ненужных мыслей, я задействовал нюхательный порошок из сушеных корней лунного цветка. Чтобы заставить кровь успокоиться и не закипать при упоминании нашей гостьи, хорошо пригодились молотые когти старого ленивца. А чтобы сердце перестало бешено колотиться вообще присобачил листья подорожника.